Календарь
Погода

GISMETEO: Погода по г. Пермь

Публикации

Закрыть Города и села

Закрыть Конфессии

Закрыть Культура Прикамья

Закрыть Пермяки

Закрыть Регион

Фотоальбом

Закрыть  Архитектура

Закрыть  Города и села

Закрыть  Литераторы

Закрыть  Музеи

Закрыть  Персоны

Закрыть  Природа

Закрыть  Университет

Рейтинг статей
Регистрация
 Список пользователей Пользователей : 309

Логин:

Пароль:

[ Забыли пароль? ]


[ Join us ]


  Cейчас online:
  Гостей online: 15

Всего визитов Всего визитов: 0  

Рекорд:
Рекорд:Пользователей: 12

08/10/2008 @ 20:57

Рекорд:Total: 401

24/05/2011 @ 08:55


Инфоблок

Ваш IP: 54.162.109.90

Подписка
Чтобы получать новости с сайта, подпишитесь на наш Информационный бюллетень
Подписаться
Отказаться
230 Подписчиков
Костырка Дмитрий Васильевич (1776 – 27.04.1855)

Костырка Дмитрий Васильевич (1776 – 27.04.1855).

Костырка Дмитрий Васильевич (1776 – 27.04.1855) — полковник, последний шеф Тульского пехотного полка, командир Пензенского и Московского пехотных полков, командир 1 бригады 8 (4) округа Отдельного корпуса внутренней стражи, участник: Русско-прусско-французской войны 1806 – 1807, Русско-шведской войны 1808 – 1809, Англо-русской войны 1807 - 1812, Отечественной войны 1812, Заграничных походов 1813 и 1814, усмерения волнений на уральских заводах 1822 и 1823; кавалер орденов св. Анны 2 степени с алмазами, св. Владимира 4 степени с бантом, св. Анны 4 степени на шпагу за храбрость, имеет серебряные медали 1812 и 1814.


Дмитрий Васильевич Костырка родился в 1776 году в с. Звеничев (Звиничев) Роиской (Ройской) сотни Черниговского казацкого полка в семье безпоместного служилого дворянина, отставного офицера Василя Алексиевича Костирка. Фамилия Костирка произошла от казацкого прозвища "костирка" ("костырка") — ныне вышедшедшего из употребления малороссийского и старорусского названия крапивы двудомной. Костырки были записаны в III часть "Списка дворян Черниговской губернии", в которую записывались "роды дворянства, приобретенного на службе гражданской, а также получившие право потомственного дворянства по ордену".


28 июля (8 августа) 1799 года недоросль Дмитро Костирка был зачислен рядовым кавалергардом во вновь создаваемый Кавалергардский корпус и стал телохранителем самого императора Павла I.


16 (27) декабря 1798 года император Павел I был избран великим магистром Мальтийского ордена, в связи с чем к его императорскому титулу были добавлены слова "… и Великий магистр ордена св. Иоанна Иерусалимского". Для Великого Магистра потребовалась особая охрана, состоящая исключительно из дворян, и император решил восстановить упразднённый им 21 сентября (2 октября) 1797 года Кавалергардский корпус. В Высочайшем Указе 11 (22) января 1799 года говорилось: "В формирующийся Кавалергардский корпус для составления гвардии особы великого магистра ордена св. Иоанна Иерусалимского назначаются: шефом — поручик великого магистра граф Литта, а лейтенантом — находящийся в свите Его Императорского Величества генерал-майор князь Долгоруков". 22 марта (2 апреля) 1799 года, вместо впавшего в немилость вице-адмирала графа Юлия Помпеевича Литта (Giulio Renato de Litta Visconti Arese, 1763 – 1839), шефом корпуса был назначен князь Владимир Петрович Долгоруков 4-й (1773 – 1817). Шеф и командир корпуса назначались из командоров, а все штаб-, обер- и унтер-офицеры — из кавалеров Мальтийского ордена. Ещё не состоявшие в Ордене лица перед назначением в Кавалергардский корпус посвящались в мальтийские рыцари лично императором Павлом I, который оставил лишь за собой право назначения в корпус офицеров и унтер-офицеров.


Строевые чины Кавалергардского корпуса имели обмундирование и вооружение по образцу кирасирских полков, при этом в торжественных случаях они одевали поверх всего малиновые супервесты с белым почти во всю грудь крестом, а в большие торжества надевали через плечо орденские малиновые шарфы и чёрные лакированные каски с черными перьями у рядовых. Привилегией офицеров и нижних чинов Кавалергардского корпуса было ношение шляп с плюмажем, в то время как в других воинских частях это право принадлежало только генералам. Нижние чины имели суконные вицмундиры красного цвета с эполетами. Вооружены кавалергарды были тяжёлыми палашами с медными у нижних чинов эфесами в черных с медным же прибором ножнах, а также карабинами и пистолетами.


Князь Долгоруков под наблюдением великого князя Александра Павловича взял рядовыми в кавалергарды унтер-офицеров гвардейских полков, в основном из конной гвардии, 10 человек "служившие в присутственных местах при письменных делах, имеющие звание губернских регистраторов" и недорослей, в том числе из малороссийских губерний. В марте в корпусе было 42 кавалергарда, а к маю состояло 9 унтер-офицеров и 65 кавалергардов. Для квартирования корпуса был избран Литовский замок, бывший Дом Бауера, расположенный в Санкт-Петербурге между Мойкой и адмиралтейским каналом.


9 (20) августа 1799 года князь Долгоруков был отчислен из шефов корпуса с назначением состоять при заграничном корпусе генерала Римского-Корсакова, а на его место назначен "Его Императорского Величества генерал-адъютант Уваров, коему остаться при прежнем звании и должности". 28 августа (8 сентября) 1799 года был зачитан приказ по корпусу: "Кавалергардский корпус разделяется на три эскадрона: 1-й — шефа генерал-адъютанта Уварова; 2-й — подполковника Кологривова; 3-й — майора князя Долгорукова". К сентябрю в корпусе состояло 11 унтер-офицеров и 96 кавалергардов, но затем число кавалергардов уменьшилось в следствии их назначения корнетами и прапорщиками в гвардейские и армейские полки.


7 (18) октября 1799 года в Гатчине состоялся Высочайший смотр Кавалергардского корпуса. Император Павел I остался доволен своими новыми телохранителями, о чём в тот же день объявил в Высочайшем приказе: "Его Императорское Величество объявляет свое отменное благоволение учившемуся сего числа Кавалергардскому корпусу, а отменную благодарность — генерал-адъютанту Уварову и всем штаб- и обер-офицерам за скорое приведение в должный порядок оного корпуса; также и всем господам кавалергардам за хорошее старание и послушание". На следующий день на площади перед Гатчинским дворцом состоялось освящение Высочайше пожалованных корпусу штандартов, после чего его формирование официально было завершено. Кавалергарды ежедневно, для охраны императора, несли внутренний караул по месту его пребывания. В дни спектаклей в Эрмитаж наряжался особый караул в составе офицера, музыканта и восьми кавалергардов.


С 12 (23) октября по 25 октября (5 ноября) 1799 года все кавалергарды участвовали в череде торжеств по случаю обручения и бракосочетания великих княжон Елены Павловны с наследным принцем Фридрихом Мекленбургским и Александры Павловны с Палатином Иосифом. Кавалергарды в латах стояли шпалерами от Тронного зала в нижнем этаже дворца до площадки большого подъезда. 22 октября (2 ноября) 1799 года, в день праздника Казанской Божьей Матери, во время молебна "у поставленного пред царскими дверьми налоя с мощами Иоанна Крестителя и Божьей Матерью, писанною евангелистом Лукою, находилось по два у каждой стороны с обнаженными палашами кавалергардских офицера".


Высочайшим приказом 21 ноября (2 декабря) 1799 года рядовой кавалергард Дмитрий Васильевич Костырка произведён прапорщиком в Мушкетёрский генерал-майора графа Эльмпта полк. В то время этот полк, сформированный 29 ноября 1796 года и названный 14 сентября 1797 года по имени его нового шефа Мушкетёрским генерал-майора графа Эльмпта полком, был расположен в Санкт-Петербурге и состоял в 1-й Санкт-Петербургской дивизии. В царствование императора Павла I шефы часто менялись, а вместе с ними по обычаю того времени менялось и название полка. С 10 марта 1800 года — Мушкетёрский генерал-майора Фомина полк. С 11 марта 1800 года — мушкетёрский генерал-майора Бороздина 1-го полк. С 7 мая 1800 года — мушкетёрский генерал-майора князя Горчакова 3-го полк. С 18 июня 1800 года — Мушкетёрский генерал-майора фон Гриненталя 1-го полк. С 27 октября 1800 года — Мушкетёрский генерал-майора князя Щербатова полк...


31 марта 1801 года император Александр I повелел все полки и батальоны именовать их прежними названиями. Мушкетёрский генерал-майора князя Щербатова полк, как сформированный при императоре Павле I и по сему не имевший старого названия, стал именоваться Тенгинским мушкетёрским полком, получив название от расформированного в 1790 году старого полка. Тенгинский мушкетёрский полк был приписан к Санкт-Петербургской инспекции и переведён из Санкт-Петербурга в г. Новую Ладогу.


В 1801 году прапорщик Тенгинского мушкетёрского полка Дмитрий Васильевич Костырка произведён подпоручиком того же полка.


В 1802 году к двум батальонам был добавлен ещё один и Тенгинский мушкетёрский полк, как и другие мушкетёрские полки, получил трёхбатальонный состав. Каждый батальон стал состоять из 1 гренадёрской и 3 мушкетёрских рот.


В 1803 году подпоручик Тенгинского мушкетёрского полка Дмитрий Васильевич Костырка произведён поручиком того же полка.


В марте 1806 года все инспекции были заменены на 13 дивизий и Тенгинский мушкетёрский полк вошёл в состав 4-й дивизии генерал-лейтенанта светлейшего князя Дмитрия Владимировича Голицына 5-го (1771 – 1844).


В начале 1806 года Наполеон напал на Пруссию и разбил её армию в нескольких сражениях. Прусский король, оказавшись в трудном положении, обратился за помощью к русскому императору и на его просьбу император Александр I приказал выступить в Старую Пруссию резервному корпусу, как ещё не участвовавшему в походах и поэтому находящемуся в наиболее хорошем состоянии. Командование корпусом было возложено на генерала-от-кавалерии графа Леонтия Леонтьевича Беннигсена (Levin August, Graf von Bennigsen, 1745 – 1826). Высочайшим повелением 6 (18) октября 1806 года император Александр I приказал Беннигсену идти через Варшаву в Силезию и находиться в полном распоряжении короля Прусского и когда Беннигсен был готов выступить, к нему приехали прусские комиссары с уведомлением, что продовольствие для русских войск ещё не готово и ему нельзя входить в Пруссию раньше 17 (29) октября. Пока Беннигсен заключал с комиссарами условия о продовольствии, он получил от русского посланника в Дрездене известие, что прусская армия разбита и уничтожена в ходе сражений, произошедших 2 (14) октября при Йене и Ауерштедте.


22 октября (3 ноября) 1806 года корпус Беннигсена выступил из Гродно и 1 (13) ноября расположился возле Остроленки. Вскоре был получен приказ императора Александра I от 27 октября (8 ноября) 1806 года о том, что по неизвестности, какое решение примет прусский король, не переходить через Вислу, но расположить корпус на правом берегу, между Варшавой и Торном, а потом действовать по усмотрению. Таким образом характер войны из наступательной превратился в оборонительную и, вместо прогнания Наполеона за Рейн, перед русской армией встала задача по защите собственных рубежей. Король Пруссии подчинил Беннигсену единственный уцелевший прусский корпус Лестока, находившийся на правом берегу р. Вислы, и предложил Беннигсену идти от Остроленки на защиту Старой Пруссии. 16 (28) ноября 1806 года Беннигсен же отвечал, что он не вправе обнажать от войск российскую границу для идущих к Варшаве французов и испросил разрешение встать при Пултуске, что и было одобренно королём. 18 (30) ноября 1806 года император Александр I объявил Франции войну, провозгласив в своём манифесте, что "мечь, извлечённый честью на защиту союзников России, колико с большею справедливостью должен обратиться в оборону собственной безопасности отечеству."


24 ноября (6 декабря) 1806 года, готовясь к упорной обороне, Беннегсен выслал усиленные авангарды для задержания французских корпусов при переправе через реки Вислу, Нарев и Вкру. Так у Чарнова, при впадении р. Вкры в р. Нарев, встал 3000 авангард графа Александра Ивановича Остерман-Толстого (1770/72 – 1857). у Зегрже встал авангард генерал-майора Карла Фёдоровича Багговута (1761 – 1812) и У Сохочина встал авангард генерал-майора Михаила Богдановича Барклая де-Толли (Michael Andreas Barclay de Tolly, 1761 – 1818).


Тенгинский мушкетёрский полк под начальством своего шефа генерала Ершова, вместе с 1-м и 3-м егерскими и казачьим Ефремова полками, 5 эскадронами Изюмского гусарского полка и конно-артиллерийской ротой князя Яшвиля, составили авангард генерал-майора Барклая де-Толли. Тенгинский полк был поставлен в лесу между Колозомбом и Сохочином, на участке, которым командовал лично Барклай де-Толли.


7 (19) декабря "в три часа по полуночи" в Пултуск прибыл назначенный главнокомандующим над всеми войсками, действующими против Наполеона и названными императором "Заграничной армией", генерал-фельдмаршал граф Михаил Федотович Каменский (1738 – 1809).


9 (21) декабря 1806 года Наполеон начал общее наступление на русские войска и уже 10 (22) декабря французы начали теснить передовые разъезды авангарда Барклая де-Толли, а 11 (23) декабря их войска уже подошли к р. Вкре и начали переправляться на плотах, упираясь в речное дно шестами, но русские своим артиллерийским и ружейным огнём два раза заставляли неприятеля возвращаться назад, чтобы снять с плотов убитых и раненных и загрузить свежие войска. В третий раз французский генерал Ожеро переправил часть своих войск правее, чтобы обойти левый фланг Барклая де-Толли. Тенгинский полк долго удерживал за собой переправу, но был вынужден уступить её более многочисленному врагу. К тому времени французы атаковали редут и захватили шесть орудий. Командовавший орудиями капитан Лбов от отчаяния о потере лишился ума. Французы, закрепившись на русском берегу, начали строить мост. Барклай де-Толли, видя невозможность удержаться, приказал 3-му егерскому и Тенгинскому мушкетёрскому полкам отступить. Часть французских войск начала преследовать егерей, другая их часть устремилась влево, на лес, где перед этим стоял медленно отступающий Тенгинский полк. Заметив французов, тенгинцы остановились, перестроились и, как только французы вышли из леса с ружьями на перевес, под музыку и барабанный бой, стремительно бросились на неприятельские колонны и погнали их обратно в лес. В то же время поступил новый приказ к отступлению, так как неприятель получил значительное подкрепление.


Весь день и всю ночь бушевала страшная буря, дождь смешивался с крупными хлопьями снега, дороги превратились в топи и войска на биваках не могли найти необходимого отдыха, ночуя посреди грязи.


К 14 (26) декабря 1806 года в Пултуске собралось до 40000 человек русских войск. Главнокомандующий же граф Каменский, под предлогом болезни, уклонился от командования войсками, передал командование генералу-от-инфантерии графу Фёдору Фёдоровичу Буксгведену (Friedrich Wilhelm von Buxhoeveden, 1750 – 1811) и покинул армию, тем самым закончив своё семидневное командование армией. Тогда Беннигсен, вопреки приказу фельдмаршала бросить орудия и спешно возвращаться в Россию и не зная воли его нового начальника Буксгведена, решил всеми имеющимися в Пултуске силами остановить наступление французов и выбрал позицию на высоте, отлого спускавшейся с запада на пути наступления неприятельских войск. С восточной стороны позиция ограничивалась крутыми обрывами к р. Нареву, а с юга и запада большими лесами, способствовавшими неприятелю для скрытного подхода к позиции. Но по случаю постоянных дождей образовалась непролазная грязь, затруднявшая продвижение войск, в особенности артиллерии. Для предстоящего боя полки были построены в две линии. Перед самым г. Пултуском, для его защиты, был выставлено значительное количество русских войск. Граф Беннигсен в своих Записках о войне с Наполеоном 1807 года пишет: "Авангард, под командой генерала Барклая-де-Толли, состоял из 1-го, 3-го и 23-го егерских полков, имевших вместе девять батальонов, Тенгинского пехотного полка из 3-х батальонов и пяти эскадронов конно-легкого Польского полка. Авангард этот был поставлен в кустарниках перед правым флангом с шестью орудиями, чтобы препятствовать неприятелю обойти этот фланг".


В 10 часов утра 14 (26) декабря 1806 года французы открыли пушечный огонь и затем атаковали сразу оба русских фланга. Против отряда Барклая де-Толли двигалась внушительная неприятельская колонна, передовые части которой уже успели овладеть одной из русских батарей. Тенгинский полк, стоявший за этой батареей, тотчас же отбил захваченные французами пушки. При этом шеф полка генерал Ершов был ранен пулей в руку, но продолжил командовать до окончания боя. Множество раз полку приходилось отбивать следовавшие одна за другой неприятельские атаки на батарею. Наконец, около 7 часов вечера, французы отступили. Темнота и вьюга не позволили преследовать их и русские войска расположились на отдых прямо на боевой позиции.


Ночью к неприятелю подошёл свежий корпус маршала Нея, кроме того со стороны Голышина русских обходили корпуса Ожеро, Сульта, Мюрата. Поэтому, несмотря на удачный бой, корпус Беннигсена на заре 15 (27) декабря 1806 года отступил по направлению к Рожанам. Отступление это было невыносимо тяжёлым: снег, дождь, холод и резкий ветер не давали людям покоя. На бивак приходилось располагаться посреди той же самой грязи, которую месили ногами целый день. Вода под подстилкой из соломы покрывалась ледяной коркой. Из-за распутицы прекратился подвоз продовольствия. Одежда прогнила, офицеры и солдаты нуждались в новой обуви. 17 (29) декабря 1806 года корпус Беннигсена перешёл у Остроленки на левый берег р. Нарева и 19 (31) декабря пришёл в Новогрод, где на военном совете решили перевести всю армию на правый берег р. Нарева и идти к г. Бяле, для прикрытия Восточной Пруссии. 28 декабря 1806 года армия Бенигсена, следуя по правому берегу р. Нарев, пришла в Тыкочин, где был прочный мост, и соединилась с армией Буксгевдена. К радости голодавших солдат, здесь же были найдены полные продовольственные магазины (склады). Простояв два дня на отдыхе в Тыкочине, 1 (13) января 1807 года армия Бенигсена пришла в Бялу и расположилась там на кратковременный отдых.


Граф Беннигсен, после сражения под Пултуском назначенный главнокомандующим, решил воспользоваться разбросанностью французских войск, размещённых Наполеоном на зимние квартиры. Собрав около 75000 человек войск, он начал наступление с целью разбить поодиночке корпуса Нея и Бернадота и не позволить Наполеону занять Кенигсберг и Пилау, где пруссаками были заготовлены громадные магазины хлеба и военных запасов. Дав войскам три дня на отдых, 4 (16) января 1807 года русская армия выступила фланговым маршем по направлению к Бишофштейну. Армия была разделена на правое крыло генерал-лейтенанта Николая Алексеевича Тучкова (1765 – 1812), центр генерал-лейтенанта Дмитрия Сергеевича Дохтурова (1759 – 1816) и левое крыло графа Остерман-Толстого. Все три колонны имели впереди авангарды. Резервы находились под командованием генерала Сомова и графа Каменского. За три дня отдыха выпал глубокий снег, а температура упала до минус 15 градусов. Войска шли по низменной равнине, покрытой озёрами, болотами и лесами с очень редким населением и, несмотря на холода, войскам приходилось располагаться на ночлег биваком среди лесов и глубоких снегов.


12 (24) января русская армия подошла к Бишофштейну, где простояла два дня. Эта остановка позволила неприятельским корпусам вовремя отступить и Беннигсену не удалось разгромить ни Нея ни Бернадота, и они успели сблизиться с остальными французскими корпусами. Наполеон составил план, по которому русская армия должна была быть окружена и отброшена к морю. Тогда Беннигсен был вынужден остановить своё наступление у Янкова и ждать приближения Наполеона.


Утром 22 января (3 февраля) 1807 года вся армия Беннигсена встала в боевой порядок с центром позиции в с. Янкова. В 3 верстах за левым флангом у с. Бергфриде находилась переправа через р. Алле, для обороны которой был послан генерал-майор граф Николай Михайлович Каменский 2-й (1776 – 1811) с Архангелогородским, Углицким и Тенгинским мушкетёрскими полками. В течение всего дня обе стороны готовились к бою, разыгравшемуся на следующий день на переправе у Бергфриде, занятие которой позволило бы французом обойти с левого фланга и отбросить русскую армию с Кенигсбергской дороги. Два раза корпус генерала Сульта стремительно бросался в штыки на отряд Каменского, но каждый раз из атаки были отбиты. Пушечные выстрелы французов мало вредили отряду Каменского, стоявшему за косогором — глубокий снег не позволял ядрам рикошетировать.


Граф Беннигсен в своих Записках о войне с Наполеоном 1807 года об этом упорном сражении пишет: "До часа пополудни все было спокойно, но тогда неприятель атаковал все наши посты на реке, которые должны были обеспечивать наш правый фланг. Граф Каменский, поручивший оборону позиции в Бергфриде и защиту моста, который тут находился, генерал-майору Герсдорфу с Углицким пехотным полком, увидел важность этой позиции и послал туда в подкрепление батальон Тенгинского пехотного полка. Неприятель направил значительные силы на ту позицию, а именно корпус Сульта. Сильный отряд кавалерии произвел атаку на наш отряд пехоты, защищавший мост. Кавалерия была отражена и быстро отступила, но атака была скоро возобновлена отрядом пехоты. Мост у Бергфрида защищал сперва майор Геркевич с тремя ротами и подполковник Данилов, посланный ему на помощь с одним батальоном. Эти оба храбрых офицера решились атаковать французов в штыки; им удалось перейти по мосту и оттеснить немного неприятеля. Но река во многих местах покрыта льдом; неприятель воспользовался этим, перешел ее по льду в одном месте, прикрытом лесом, чтобы взять во фланг позицию при Бергфриде, но был при этом атакован полковником Ураковым и принужден отступить. Наконец французы направили на позицию в Бергфриде столь значительные силы как пехоты, так и артиллерии, что генерал Герздорф счел необходимым ее покинуть и отступить. Генерал-майор граф Каменский, заметив, что огонь как артиллерии, так и пехоты становился с каждой минутой сильнее, выступил с восемью батальонами пехоты, батареей тяжелой артиллерии и Петербургским драгунским полком по собственному почину на помощь этой позиции, которая находилась почти в пяти верстах от нашего левого фланга. Но на пути он получил известие, что неприятель значительными силами занял уже эту позицию и не только овладел позицией в Кальтфлисе, но и нашел способы переправить по льду часть своих войск. Граф Каменский, опасаясь, что при значительном отдалении от нашего левого фланга он легко может быть разбит, решил благоразумно отступить назад и ограничиться тем только, чтобы обеспечить отступление генералу Герздорфу. Во время этих атак неприятеля на наши позиции по реке Алле мы потеряли убитыми: одного майора и пять обер-офицеров, а ранеными — полковника князя Уракова, майора Тенишева и семь обер-офицеров. Нижних чинов насчитывалось убитых и раненых до 800 человек."


Отчаянное сражение продолжалось с полудни до ночи. С наступлением полной темноты Наполеон отложил атаку до следующего дня. В ночь на 23 января (4 февраля) русская армия снялась с позиции и отступила тремя колоннами к Вольфсдорфу, а 24 января (5 февраля) к Ландебергу. 4-я дивизия отступала по главной дороге. 25 января (6 февраля) русская армия от Ландсберга отступила к Прейсиш-Эйлау, где Беннигсен решил встретить Наполеона. Позиция, выбранная для боя, находилась на холмах между селениями Шлодитеком и Серпяленом в тылу города, оборона которого была вверена войскам генерал-лейтенанта князя Петра Ивановича Багратиона (1765 – 1812) и Барклая де-Толли. 26 января (7 февраля) корпуса Ожеро и Сульта атаковали город Прейсиш-Эйлау с целью вытеснить из него русские войска. Город два раза переходил из рук в руки, но к вечеру Наполеон занял город. Начинать новую атаку было уже поздно и Беннигсен оставил дивизию на ночь на том месте, где она встала, чтобы обеспечить русские войска от ночного нападения. Наполеон с этой же целью поставил впереди своих войск дивизию Леграна и вскоре на заснеженной равнине с двух сторон запылали костры биваков.


Вся ночь на 27 января (8 февраля) прошла в приготовлениях к сражению. Целью Беннигсена было соединение с прусским корпусом Лестока и защита Кенигсберга. Целью Наполеона — разгром русской армии, если она примет сражение.


С рассветом 27 января (8 февраля) 4-я дивизия перешла в назначенное для резерва Дохтурова место, юго-западнее д. Ауклапен, и встала в одной густой колонне. Земля была покрыта глубоким снегом, температура была минус 4 градуса, озёра и ручьи были покрыты толстым слоем льда и не препятствовали движению войск. Временами поднималась снежная вьюга, затемнявшая собой дневной свет. И когда корпус маршала Ожеро тронулся с места, поднялась сильная метель, из-за которой он сбился с пути, но вот погода прояснилась, и, неожиданно для всех, корпус оказался перед русской 70-ти пушечной центральной батареей, залп которой из всех орудий картечью ошеломил французов. В то же время несколько пехотных полков ударили в штыки. Кроме того подоспел резерв, в котором находился Тенгинский мушкетёрский полк, и произошёл кровопролитный штыковой бой. Более 20000 человек с двух сторон кололи и резали без пощады друг друга. Около получаса не было слышно ни пушечных, ни ружейных выстрелов. Французы рвались вперёд, хватались за орудия, овладевали ими, но тут же падали под ударами штыков, прикладов и банников. Наконец, после отчаянных усилий, корпус Ожеро был опрокинут и преследуем пехотой и конницей.


Видя гибель корпуса Ожеро, Наполеон выслал в атаку всю свою кавалерию в 7000 человек. Масса кавалерии смяла преследующие войска, прорвала первую и вторую линию и только резерв задержал её стремительную атаку и вынудил отступить. К этому времени оправившиеся первая и вторая линии открыли по французской кавалерии сильный огонь, а русская кавалерия атакой с флангов довершила разгром французской конницы. После этого кровопролития обе армии разошлись по своим сторонам и по всей линии только гремела канонада. Часть резерва Дохтурова перешла в первую линию русского центра. В 12 часу на русском левом фланге появился 25000 корпус маршала Даву, наступавший к Саугартену. В то же время дивизия Сент-Илера направилась для атаки Серпалена, который обороняли Багговут и граф Каменский. Два раза это селение переходило из рук в руки и окончательно осталось за французами. После занятия Сарпалена, французы начали теснить русский левый фланг, в подкрепление которому был послан последний резерв, в том числе Тенгинский мушкетёрский полк. Но никакие усилия не могли остановить наступление французов, успевших уже ворваться на мызу Ауклапен, в тылу русской позиции. И в эту критическую минуту на самой конечности левого фланга развернулась 36-ти пушечная, картечный огонь которой вынудил французов очистить мызу, являющуюся пунктом, от которого зависел исход сражения. Французы повторили атаку на мызу Ауклапен, но выбить русских от туда уже не смогли. К этому времени на поле сражения прибыл прусский корпус генерала Лестока, немедленно посланный на подкрепление войск, защищавших мызу Ауклапен. Появление свежих войск вынудило корпус Даву отступить назад и очистить путь отступления войск Беннигсена в Россию.


Отразив нападение неприятельских корпусов, Беннигсен начал строить свою армию для атаки французов, но промедлил и с наступлением темноты атака была отложена. Бой прекратился. Лишь изредка раздавались пушечные выстрелы, а к 9 часам вечера наступила полная тишина. При свете горевших деревень войска отдыхали на том месте, где сражались. Таким образом русская армия сохранила за собой позицию, занимаемую утром, а армия Наполеона оставалась на месте, с которого начала атаку. Это сражение оказалось нерешённым и обе стороны приписывали победу себе.


Получив донесения о большой убыли в полках и о нужде в боевых и продовольственных припасах, Беннигсен приказал своей армии в 10 часов вечера начать отступление к Кенигсбергу, куда она прибыла 29 января (10 февраля) 1807 года. Французы, утратив из-за полного расстройства войск способность к наступательным действиям, после 10 дневного отдыха в Прейсиш-Эйлау отступили за р. Пасаргу. Узнав об этом, Беннигсен перевёл свои войска к Бартенштейну, вокруг которого и расположился. Тенгинский мушкетёрский полк, состоя в 4-й дивизии и находясь в резерве Дохтурова, расположился при с. Боркен, где оставался до конца мая. Военные действия до этого времени с обоих сторон не велись.


21 мая (2 июня) 1807 года русская армия снялась с зимних кантонир-квартир и начала наступление согласно утверждённой диспозиции. Князь же Багратион со своим авангардом находился без движения в Лаунау, дабы не встревожить раньше времени неприятеля. Утром 24 мая (5 июня) 1807 года начал движение и князь Багратион. Следуя через Гронау и выгоняя по пути из лесов французских стрелков, отряд Багратиона стремительной атакой занял с. Альткирх, расположенное прямо перед лагерем маршала Нея. Не видя приближения колонн Сакена и князя Горчакова, Багратион остановился. Тем временем Ней повёл наступление на Альткирх. В разгар боя на расстоянии пушечного выстрела показалась колонна Сакена. Ней живо отступил, бросив 2 пушки и часть обоза, в том числе личный экипаж. Тенгинский мушкетёрский полк, участвовавший в деле у Альткирха, вместе с армией ночевал у Глотау и Квеца. На следующий день Багратион продолжил преследование Нея, выбив его с крепкой позиции и прогнав на левый берег р. Пассарги.


26 мая (7 июня) 1807 года к побитому Багратионом маршалу Нею приехал Наполеон, который узнав, что русские не двигаются вперёд, начал собирать здесь войска для своего контрнаступления. Утром 27 мая (8 июня) Багратиону доложили о скоплении французов на левом берегу р. Пассарги и о видимых густых клубах пыли — то французские войска спешили на устроенный Наполеоном смотр. Багратион донёс о происходящем Беннигсену и, после прибытия к авангарду главнокомандующего, ходил вместе с ним для обозрения французских колонн. Вначале Беннигсен решил дать сражение Наполеону под Гутштадтом, но вскоре передумал и решил занять более удобную позицию при Гейльсберге. Но для этого было нужно время, чтобы дать русской армии возможность переправиться через р. Алле и занять выбранную позицию. Приказав Багратиону удерживать французов как можно дольше, главнокомандующий уехал, а через час французы уже начали налаживать переправу на правый берег. Авангард Багратиона с присоединившейся к нему егерской бригадой генерал-майора Николая Николаевича Раевского (1771 – 1829) в ночь на 28 мая (9 июня) немного отступил на более удобную позицию перед Гутштадтом. Утром французы повели атаку на русский авангард, завязался упорный бой, но Багратион с Раевским удерживали свои позиции ровно столько времени, сколько требовалось, тем самым исполнив поставленную задачу. Затем, спустя четыре часа с начала боя, они отступили в Гутштадт, куда за ними ворвались французы. Дав здесь неприятелю последний отпор, Багратион со своими войсками переправился через р. Алле и соединился с русской армией. В этом сражении особенно отличился командующий артиллерией 29-летний полковник Алексей Петрович Ермолов (1777 – 1861), который на замечание офицеров о том, что не пора ли уж открывать огонь, сказал: "Я буду стрелять тогда, когда различу белокурых от черноволосых". В сражении на переправе через р. Пассаргу отличился и Тенгинский мушкетёрский полк.


Город Гейльеберг расположен на высотах, между которыми протекает р. Алле. Эти высоты были сильно укреплены русскими батареями и редутами. 3-я, 7-я и 14-я пехотные дивизии и гвардия под командованием цесаревича Константина Павловича разместились на высотах правого берега р. Алле, которые сильно возвышались над высотами левого берега, имея в 4 верстах перед собой авангард князя Багратиона, размещённый на отдых у Рейхенберга. Остальные русские войска расположились на левом берегу р. Алле.


29 мая (10 июня) 1807 года в 6 часов пополудни французы повели главную атаку на русский фронт и правый фланг и когда штурмовые колонны подошли близко к русской позиции, были осыпаны перекрестным огнём батарей, от чего не выдержали и отступили. Беннигсен приказал стоявшему у Рейхенберга князю Багратиону идти к Бевернику и принять под своё начальство все войска русского авангарда. Около 10 часов утра Багратион переправился через р. Алле у Амт-Гейльсберга и, повернув на лево, встретил отступающие колонны Бороздина и Львова. Багратион остановил их и устроил в боевой порядок своих войск, правое крыло которых примыкало к с. Лангвизе, а левое к р. Алле. Это вынудило Мюрата прекратить преследование русского авангарда и ограничиться канонадой. Начальник артиллерии отряда Багратиона полковник Ермолов успешно отвечал французским батареям. Во время канонады на поле сражения прибыл Сульт, начавший обходить колонны Багратиона по дороге между Лангвизе и Лавденом. Беннигсен, заметив маневр Сульта, послал ему навстречу Уварова с 25 эскадронами. Между тем атакованный Мюратом и обходимый Сультом, Багратион начал отступать. Французы не отставали. Во время этого жаркого боя на французов понеслась кавалерия Уварова. Французская конница во время стремительных контратак несколько раз отбивала русские пушки, каждый раз возвращаемые обратно русской кавалерией. На переправе через Спибах французы убили лошадь под князем Багратионом и он распоряжался пешком, пока цесаревич Константин Павлович не прислал ему одну из своих лошадей. В пылу преследования французы устремились за Спибах, но тут же были остановлены батареей, направленной цесаревичем на их фланг. Поручик Семёновского полка Дибич за свою расторопность при установке батареи был представлен Константином Павловичем к Георгиевскому кресту. В 4 часа пополудни Багратион с Уваровым, избавившись от преследования, взошли на позицию, занимаемую русскими войсками. Изнурённый сражением отряд Багратиона был поставлен позади русской армии и после этого Тенгинский мушкетёрский полк в сражении не участвовал.


В ходе сражения выяснилось, что на правом берегу р. Алле неприятеля не было и поэтому 7-я, а за ней 3-я и 14-я, дивизии были переведены на левый берег. На правом берегу осталась только гвардия. Во время этого перехода на поле боя прибыл Наполеон с незначительным количеством войск и, не взирая на численное превосходство русских, начал готовить наступление, направив вновь прибывшие войска на русский правый фланг. Тогда в подкрепление правому флангу Беннегсен послал 14-ю дивизию генерал-майора Олсуфьева. Ослабленные артиллерийским огнём неприятельские колонны были тут же атакованы Тенгинским, Виленским и другими мушкетёрскими полками и кавалерией Уварова. Французы оказались в конец расстроены и отступили за р. Спибах, после чего сражение ограничивалось сильной артиллерийской канонадой. Тенгинский мушкетёрский полк с войсками своей дивизии расположился при редуте. В итоге это сражение оказалось не решённым и обе стороны остались на своих местах. В 10 часов вечера Наполеон возобновил атаку на русский центр, на который до 11 часов вечера продолжались непрерывные атаки корпуса Нея.


Потерпев неудачу, Наполеон решил отказаться от открытой атаки на Гельеберг и вынудить русскую армию покинуть занятую позицию своим наступлением на Кенигсберг. В ту же ночь корпуса маршалов Мортье и Даву направились к Ландебергу. Весь день 30 мая (11 июня) русская армия простояла на позиции под ружьём и только когда выяснилось движение французов к Кигсбергу, она 31 мая (12 июня) снялась с позиции и отступила к Фридланду, чтобы не позволить французам овладеть переправой через р. Алле.


В ночь на 2 (14) июня 1807 года русская армия, за исключением полков 14 дивизии, переправилась через р. Алле и расположилась на позиции перед г. Фридландом и в результате произошедшего там сражения потерпела полное поражение. Тенгинский мушкетёрский полк входил в состав войск правого крыла под командованием князя Алексея Ивановича Горчакова (1769 – 1817). Войска Горчакова упорно держались на своей позиции, потом бросились на Фридланд, уже занятый французами, выбили их оттуда, но под огнём неприятельской артиллерии отступили вслед за остальными русскими войсками за р. Алле. После Фридланда Беннигсен увёл свою армию к р. Неману, через который 6 (18) июня русские войска переправились возле Тильзита. 27 июня (9 июля) 1807 года Александр I и Наполеон заключили в Тильзите мирный договор. После этого Тенгинский мушкетёрский полк возвратился в Россию и расположился на квартирах в окрестностях Санкт-Петербурга. Потери полка были столь велики, что он был переведён в двухбатальонный состав — 3-й батальон пошёл на укомлектование первых двух.


В 1808 году поручик Тенгинского мушкетёрского полка Дмитрий Васильевич Костырка по вакансии был произведён в штабс-капитаны того же полка.


Одним из условий мирного договора, заключённого в Тильзите, стало присоединение Российской империи к континентальной блокаде Великобритании. К блокаде присоединилось и Датское королевство, более ста лет являющееся верным союзником России. Ещё до заключения Тильзитского мира, в Великобритании к власти пришла партия Тори во главе с Каннингом. Англичане охладели к союзу с Россией и отказались предоставить Александру I заём на продолжение войны с Наполеоном. В августе 1807 года британцы блокировали Копенгаген с моря начали вести переговоры с принцем-регентом о передаче Великобритании всего датского военного флота. Принц отказал. Тогда англичане высадили десант и осадили Копенгаген с суши. После трёхдневной бомбардировки Копенгагена англичане превратили половину города в пепел. 7 сентября был заключён договор, по которому британцы забрали у Дании 17 линейных кораблей, 17 фрегатов, 8 бригов и 33 малых судна с полной оснасткой и снаряжением. 21 октября британцы покинули Копенгагенский рейд, захватив с собой весь датский военный флот. Король Швеции Густав-Адольф был свидетелем отплытия британского флота и английские суда, проходя мимо пристани в Гельсингборге, салютовали шведскому королю. С отплытием английского флота Шведско-английский трактат о субсидиях потерял свою силу, и теперь Швеция уже не имела союзника. В октябре 1807 года Россия предъявила Великобритании ультиматум — разрыв дипломатических отношений до тех пор, пока не будет возвращен Дании флот и возмещены все нанесенные ей убытки. Александр I потребовал содействия Швеции, но Швеция поддержала Великобританию и стала готовиться к войне с Данией, чтобы отвоевать у неё Норвегию. Все эти обстоятельства дали императору Александру I повод к покорению Финляндии, с целью обеспечения безопасности Российской столицы от близкого соседства неприязненной России державы.


В начале 1808 года Наполеон посоветовал Александру I "удалить шведов от своей столицы" и предложил в этом деле свою помощь и содействие. 5 (16) февраля 1808 года Наполеон заявил русскому послу в Париже графу Толстому, что он согласится на то, чтобы Россия приобрела себе всю Швецию, включая Стокгольм. Великобритания со своей стороны в феврале 1808 года заключила со Швецией договор, по которому обязалась платить Швеции по 1 миллиону фунтов стерлингов ежемесячно во время войны с Россией, сколько бы она ни продолжалась.


Готовясь к войне с Швецией, Россия развернула вдоль границы Финляндии, между Фридрихсгамом и Нейшлотом, 24-тысячный корпус под командованием генерала-от-инфантерии графа Фёдора Фёдоровича Буксгевдена, в состав которого входила 5-я дивизия генерал-лейтенанта Николая Алексеевича Тучкова 1-го (1765 – 1812), 21-я дивизия генерал-лейтенанта князя Багратиона и 17-я дивизия генерал-лейтенанта графа Каменского.


Из 50 тысяч всех шведских сухопутных войск в Финляндии в это время находилось лишь 19 тысяч человек под временным начальством генерала Клеркера. Главнокомандующий шведской армией фельдмаршал граф Вильгельм Мориц Клингспор (Wilhelm Mauritz Klingspor, 1744 – 1814) всё ещё находился в Стокгольме, где все надеялись на миролюбивое разрешение недоразумений: сам король не доверял известиям о сосредоточении русских войск в Выборгской губернии и шведская армия не была переведена на военное положение. Когда граф Клингспор поехал, наконец, в Финляндию, сущность данной ему инструкции состояла в том, чтобы не вступать в бой с неприятелем, удерживать крепость Свеаборг до последней крайности и, по возможности, действовать в тылу у русских.


Русское командование решило начать военные действия, не дожидаясь сосредоточения в Финляндии всей шведской армии. Оно хотело, используя численное превосходство своих войск и фактор внезапности, быстро разгромить противника и в короткий срок окончить войну. За несколько дней до перехода границы русскими войсками, Дания объявила войну Швеции.


Рано утром, в воскресенье, 9 (21) февраля 1808 года русские войска двинулись к границе. Около 6 часов утра у Абборфорса раздался первый выстрел со стороны шведского пограничного поста, который был тут же оттеснён русским эскадроном. Остальные шведские пограничные посты отступали без сопротивления. На правом фланге в общем направлении на Куопио и далее на северо-запад на Улеаборг наступала 5-я дивизия Тучкова, которая имела задачу отрезать пути отхода для финляндской группировки противника на север. В центре на Тавастгус, Таммерфорс, Бьернеборг наступала 21-я дивизия Багратиона с задачей выйти на побережье Ботнического залива и разрезать неприятельские войска, действовавшие в Финляндии, на две части. Левый фланг составляла 17-я дивизия Каменского, которая должна была наступать вдоль побережья Финского залива на Гельсингфорс. Наступление развивалось успешно. Под натиском русских войск шведы начали поспешное отступление в глубь Финляндии. Русские войска неотступно преследовали неприятеля, нанося ему сильные удары.


Результатом зимней кампании было то, что шведы господствовали на островах Балтийского моря, на севере Финляндии и в Саволаксе, русские войска же овладели крепостью Свеаборг.


В мае графу Буксгевдену была послана в подкрепление 14-я дивизия, после прибытия которой вся Финляндская армия была разделена на три корпуса: Раевского — 7000 человек у Гомле-Карлеби, Барклая де-Толи — 7000 человек у Вильлганстранда и Нейшлота и графа Каменского вдоль берега от Ловизы до Вазы. При этом два первых корпуса должны были действовать наступательно. Кроме этих войск главнокомандующий просил ещё 5000 человек, но император Александр I вместо этого направил в Финляндию 4-ю дивизию князя Голицына 5-го, в которую входил и Тенгинский мушкетёрский полк.


26 июля (7 августа) император Александр I на Царицынском лугу сделал смотр 4-й дивизии и найдя полки в отличном состоянии, начальнику дивизии, шефам полков изъявил своё высочайшее удовольствие, а нижним чинам, бывшим в строю, пожаловал по рублю, по фунту говядины и по чарке водки на человека.


6 (18) августа 1808 года 1-й и 3-й действующие батальоны Тенгинского мушкетёрского полка вступили в Финляндию. Штабс-капитан Дмитрий Васильевич Костырка со 2-м батальоном полка был оставлен в Сант-Петербурге.


24 апреля (6 мая) 1809 года на Балтийское море прибыл британский флот под командованием вице-адмирала Джеймса Сомареца (James Saumarez, 1757 – 1836), имевший повеление покровительствовать на Балтийском море торговле, блокировать и если можно атаковать Русский флот. Английский флот начал препятствовать плаванию русских судов. В то же время русские войска на Аландских островах сильно нуждались в провианте и для их снабжения было решено снарядить гребную флотилию с транспортами провианта в сопровождении значительного воинского отряда.


Проведя зиму в Санкт-Петербурге, 2-е резервные батальоны Тенгинского, Тульского и Полоцкого полков, находившиеся под общим командованием полковника Марлинея, по приказу военного министра №936 от 23 апреля (5 мая) 1809 года должны были 26 мая (7 июня) 1809 года выступить в Ораниенбаум и там ожидать переправы в Кронштадт, где их планировалось использовать на гребной флотилии. Во 2-м запасном батальоне Тульского пехотного полка состоял батальонным адъютантом подпоручик Василий Петрович Белелюбский, в будущем управляющий Пермскими казёнными винокуренными заводами.


7 (19) июня 1809 года 2-е батальоны Тенгинского, Тульского и Полоцкого полков прибыли в Кронштадт, где под руководством флотских офицеров стали обучаться гребле. Когда люди в достаточной мере овладели гребным делом, для перевозки провианта на Аландские острова была снаряжена гребная флотилия под начальством капитана 2-го ранга фон Дезина 4-го, состоявшая из 25 канонирских лодок, 3 транспортных судов, 2 кухонных, 2 водоливочных, 2 провиантских и госпитальных судов. 1 (13) июля батальоны Тульского и Полоцкого полков сели на суда и при попутном ветре отплыли в г. Або. 2-й запасной батальон Тенгинского полка был оставлен в Кронштадтском рейде в составе русской флотилии, которая под защитой фортов Кронштадта "готовилась к отражению нападения англичан". После ухода английского флота из Балтийского моря 2-й батальон Тенгинского полка возвратился в Санкт-Петербург, так и не приняв активного участия в кампании 1808 и 1809 годов.


Русско-шведская война закончилась 5 (17) сентября 1809 года подписанием Фридрихсгамского мирного договора, по которому Россия приобрела всю Финляндию до реки Торнео с Аландскими островами. Тенгинский мушкетёрский полк вернулся обратно в Россию.


В 1810 году штабс-капитан Тенгинского мушкетёрского полка Дмитрий Васильевич Костырка по вакансии был произведён в капитаны того же полка.


Высочайшим Указом 22 февраля 1811 года все мушкетёрский полки были переименованы в пехотные.

В 1811 году капитан Тенгинского пехотного полка Дмитрий Васильевич Костырка по вакансии был произведён в майоры Тульского пехотного полка.


1 (13) марта 1811 года Тульский пехотный полк выступил из г. Везенберга на новые квартиры в г. Ригу, взяв с собой 10-дневный запас продовольствия. Вскоре, по новому расписанию, 2-й батальон Тульского пехотного полка, за исключением его гренадерской роты, был назначен в г. Ревель. Гренадерская рота 2-го батальона была назначена для постройки новой крепости Динабурга (Двинска) в устье р. Двины.


Богатых офицеров в Тульском пехотном полку не было. Почти все офицеры жили на своё жалованье, которое было явно недостаточным для жизни в большом городе, и, помимо своих служебных обязанностей, большая часть офицеров имели ещё посторонние занятия: в конторах купцов, в преподавании уроков. Некоторые офицеры сами занимались торговлей и имели свои лавки, арендовали купальни и т.п. Самым прибыльным занятием среди офицеров Тульского пехотного полка считалось содержание экипажей под извоз. Офицерскими извозчиками были запружены улицы, площади, набережная, до такой степени, что граф Витгенштейн был вынужден ограничить права офицеров по содержанию извозчиков. В предписании Витгенштейна за №856 говорилось: "Подтвердить всем штаб и обер-офицерам вверенного Вам полка, здесь квартирующим, дабы никто не держал при здешних городовых воротах побережной, форштадским улицам или площадям никаких под извоз экипажей и под перевозку частных товаров, впрочем, если бы кто имел подряд с казной или частными людьми производить какую либо перевозку не с площади, а из квартиры, в таковом случае права их не лишать".


С 1 (13) июня по 15 (27) июля Тульский пехотный полк находился на строительстве задвинских укреплений, которые должны были состоять из батарей и редутов. Во время этих работ нижние чины получили усиленное питание, а офицеры по 15 копеек суточных.


Высочайшим приказом 14 (26) июля 1811 года поручик Тульского пехотного полка Василий Петрович Белелюбский был произведён штабс-капитаном того же полка.


С 15 (27) июля по 6 (18) августа проводились маневры частей корпуса, перед которыми Витгенштейн произвёл в полку смотровую стрельбу и после этого написал в рапорте военному министру от 18 июля 1811 года №1484, что "учение производится с хорошим успехом, ибо в каждой роте стрелки сии, стреляя по одной пуле, попадали больше половиною числа в щит, нарочно сделанный в рост и фигуру человека, поставленный в расстоянии 150 шагов и можно надеяться, что в непродолжительном времени иные все доведены будут до желаемого совершенства". После маневров полк вновь был направлен на строительство задвинских укреплений и находился там до 15 (27) октября. Летние занятия и работы завершились инспекторским смотром корпусного командира графа Витгенштейна.


Для пополнения убыли в действующих батальонах уже обученными рекрутами, для каждого полка были устроены рекрутские депо, кадром для которых послужили командированные из полков наиболее опытные но слабые здоровьем офицеры, унтер-офицеры и рядовые. Для Тульского пехотного полка было сформировано рекрутское депо в г. Старая Русса. Депо всех полков дивизии составляли бригаду и командиром бригадного депо 14-й дивизии был назначен командир 2-го батальона Тульского полка майор Бек. Позднее каждое депо, состоявшее из 3 рот, были переименованы в 4-е резервные батальоны своих полков, резервные батальоны всей армии составили резервную армию генерала Миллер-Закомельского.


Высочайшим приказом 14 (26) января 1812 года штабс-капитан Тульского мушкетёрского полка Василий Петрович Белелюбский произведён капитаном того же полка.


В начале 1812 года война с Францией уже всем казалась неизбежной. К западной границе империи были собраны войска, разделённые на три армии. Корпус графа Витгенштейна вошёл в состав 1-й армии Барклая де-Толли и, составляя её правый фланг, занимал Ковенскую губернию. В поход полк должен был выступить в 2 батальоном составе. Все больные, слабые здоровьем и неспособные люди должны были остаться при 2-м запасном батальоне, из которого все способные по фронту были переведены в 1-й и 3-й действующие батальоны. 2-й резервный батальон майора Роста остался в г. Риге и в начале 1813 года вошёл в состав 30-й резервной дивизии. 2-я гренадерская рота капитана Сокологоского была отделена от 2-го батальона на формирование сводного гренадерского батальона 14-й пехотной дивизии. Майор Дмитрий Васильевич Костырка в то время командовал 3-м действующим батальоном.


16 (28) февраля 1812 года Тульский пехотный полк под командованием шефа полка полковника Паттона выступил из г. Риги в Ковенскую губернию и, следуя через Митаву, 2 (14) марта расположился в местечке Радзивилишки на назначенные ему временные квартиры. 26 апреля (8 мая) весь корпус графа Витгенштейна собрался в местечке Щовлях для Высочайшего смотра. Получив Высочайшее благоволение за отличный порядок, выправку и бодрый вид людей, полк на другой день вернулся возвратился в м. Радзивилишки.


Наполеон, собрав на российской границе 600-тысячную армию, на рассвете 12 (24) июня 1812 года перешёл границу у д. Понемуна и в тот же день занял г. Ковно. 23 июня (5 июля) в полку был прочитан Высочайший Манифест об объявлении Наполеоном войны. В ночь на 24 июня (6 июля) весь корпус выступил в укреплённый лагерь на р. Дриссе. Резерв корпуса под начальством начальника 14-й дивизии генерал-майора Сазонова составили Ямбургский драгунский, Тульский и Навагинский пехотные полки и сводные гренадёрские батальоны 5-й и 14-й дивизий. 28 июня (10 июля) резерв генерала Сазонова, переправясь в 9 часов вечера вброд через р. Двину, расположился биваком на правом фланге 1-й армии, напротив местечка Леоптополя. Вскоре 1-я армия покинула Дриский лагерь и отправилась к г. Смоленску на соединение со 2-й армией князя Багратиона. Корпусу же Витгенштейна было приказано остаться и охранять территорию от р. Двины до г. Пскова и ни в коем случае не пускать неприятеля к столице — г. Санкт-Петербургу. Для действий против корпуса Витгенштейна Наполеон направил корпус маршала Удино, через г. Полоцк, и корпус маршала Макдональда, через г. Якобштадт и г. Ригу.


14 (26) июля 1812 года корпус графа Витгенштейна находился в Почаевцах. В этот день корпус маршала Удино переправился через р. Двину под г. Полоцком и направился по Петербургской дороге к Сивошину, куда шёл и маршал Макдональд со своим корпусом для совместных действий против корпуса Витгенштейна. Чтобы помешать их соединению и преградить дорогу на Санкт-Петербург, граф Витгенштейн перешёл в наступление на перерез путь маршала Удино, для чего направился к с. Клястицы. 18 (30) и 19 (31) июля, во время сражений за мызу Якубово и с. Клястицы, Тульский пехотный полк вместе с другими частями 14-й пехотной дивизии стоял в резерве у мостов при корчме Ольхово. Когда отряд генерала Кульнева, посланный преследовать отступающего к г. Полоцку неприятеля, неожиданно столкнулся со стоящим в боевом порядке всем корпусом маршала Удино, ему из резерва в подкрепление был послан Тульский пехотный полк с 6 орудиями.


Когда отряд Кульнева уже не мог удерживать позицию и начал отступать, показался Тульский пехотный полк. Став на левом фланге против рощи, полк ещё не успел развернуться, как внезапно по нему был открыт неприятельский огонь из ружей и картечью из орудий, после которого французская кавалерия и пехота ринулись в атаку и смяли и отбросили за р. Дрису отряд Кульнева, Тульский пехотный полк и шедшую следом за ним 14-ю пехотную дивизию. Туляки потеряли 6 своих орудий. Но французы увлеклись преследованием, вследствие чего сильно растянулись на значительном расстоянии. Граф Витгенштейн воспользовался выгодным положением и двинул к с. Головчицы 5-ю дивизию, которая остановила неприятеля. Затем весь корпус Витгенштейна перешёл в наступление и разбил корпус Удино, спешно отступивший к г. Полоцку. В этой первой встрече с неприятелем в кампанию 1812 года Тульский пехотный полк потерял 3 офицеров и 159 нижних чинов убитыми и раненными.


21 июля (2 августа) 1812 года, по случаю первой одержанной корпусом победы, на поле сражения был отслужен торжественный благодарственный молебен, после которого было отпевание и погребение убитых. После этого корпус Витгенштейна расположился на Петербургской дороге. 14-я дивизия встала в 3 линии у с. Соколицы, где простояла до конца месяца. Вдохновившись первой победой, граф Витгенштейн решил овладеть г. Полоцком и предпринял наступление. В то же самое время маршал Удино, усиленный корпусом Сен-Сира, выступил из г. Полоцка с целью разбить русский корпус и продолжить наступление к Санкт-Петербургу.


29 июля (10 августа) 1812 года при с. Свольно произошла встреча авангардов. На следующий день к с. Свольно подошёл весь корпус Витгенштейна, занявший позицию возле д. Коханова. Переправив часть своего корпуса через р. Свольно, маршал Удино более не предпринял никакого движения. Временно командовавший русским корпусом генерал Довре приказал своим войскам перейти в наступление, чтобы вытеснить французов за р. Свольно. Главную атаку на с. Свольно повёл отряд генерал-майора Козачковского, усиленный отрядом подполковника Лялина, составленным из 3 батальонов 2 линии, в том числе 3-го батальона Тульского пехотного полка. Этот отряд занял лесок между с. Свольно и д. Островом, откуда фланговым огнём можно было обстреливать мост через р. Свольно. После усиленного артиллерийского огня по селу, отряды Козачковского и Лялина пошли в атаку и вытеснили из него французов, отступивших к г. Полоцку. В этом деле Тульский пехотный полк потерял 38 человек убитыми и раненными.


Из Свольно корпус Витгенштейна двинулся вслед за отступающими французами к г. Полоцку. 5 (17) августа 1812 года, выйдя из леса на равнину, простирающуюся перед г. Полоцком, корпус выстроился в боевой порядок. 14 дивизия стала в резерве за правым флангом позиции. В начале сражения французы пытались прорвать русский центр и овладеть стоявшей там батареей, с целью разделить корпус и уничтожить по частям. В подкрепление центра был послан генерал-майор Гаслен с 3-м батальоном Тульского пехотного и батальоном 11-го егерского полков. Став на правом фланге, генерал Гаслен приказал рассыпаться двум ротам в густую цепь, чтобы огнём ослабить неприятельские колонны, быстро подходившие к русской позиции. Командир батальона майор Дмитрий Васильевич Костырка приказал ротам капитана Дерожинского и штабс-капитана Гружевского 1-го выслать стрелков в цепь. После долгой перестрелки, когда неприятель, несмотря на сильный огонь, подошёл уже близко к батарее, стрелки, поддержанные остальными ротами и ободряемые начальниками, бросились на неприятельскую цепь, которую гнали до самых неприятельских колонн. Но успех оказался непродолжительным. Под напором значительных сил неприятеля русские войска стали отступать. Во время отступления был убит поручик Мухин, ранены штабс-капитан Дорожинский 2-й, подпоручик Голофеев, контужены майор Костырка и капитан Дорожинский 1-й. Тогда в подкрепление отступающему центру был направлен 1-й батальон Тульского, батальоны Эстляндского и Навагинского пехотных полков, с помощью которых французы были остановлены, а затем оттеснены до стен Полоцка. Сражение прекратилось только поздней ночью.


6 (18) августа 1812 года с раннего утра завязалась незначительная перестрелка, которая вскоре закончилась. Граф Витгенштейн, понимая, что овладеть Полоцком будет не легко, решил дождаться более благоприятного для его взятия времени и приказал войскам в 9 часов вечера быть готовыми к отступлению. По этому случаю войска были совершенно спокойны и все отдыхали. Около 5 часов пополудни, когда большая часть корпуса обедала, 4 неприятельские дивизии, после залпа 60 орудий, стремительно бросились в атаку на отдыхающие русские войска, которые мгновенно построились на тех местах, где стояли на биваке. Первая линия сделала попытку остановить французов, но была опрокинута на 14-ю дивизию, стоявшую при с. Присменицы и уже полностью готовую к бою. В селе и вокруг него завязался упорный бой, в котором, по словам Сен-Сира, "Русские показали постоянное мужество и личную храбрость, каких бывает мало примеров в войсках других народов. Их батальоны, взятые врасплох, при первой атаке, отрезанные одни от других потому, что мы прорвались сквозь их линии, не расстроились и, сражаясь, отступили чрезвычайно тихо, оказывая со всех сторон сопротивление с таким мужеством, которое, повторяю, свойственно одним только русским. Они совершили чудеса храбрости; но не могли противостоять единовременной атаке четырёх дивизий, шедших совокупно вперёд и тяжестью своею подавляли высылаемые против них войска".


Граф Вингинштейн же доносил об этом сражении: "в При сменице началось жарчайшее сражение; три раза неприятель ходил на приступ сей деревни, с намерением овладеть ею и тем порвать наш цент, но столько раз были опрокидываемы. Наконец после четвёртой атаки Присменица была занята французскими и наши войска отступили в лес".


В этот день Тульский пехотный полк потерял убитыми поручика Добровольского, 4 унтер офицеров и 53 рядовых. Были ранены майор Бутенко, штабс-капитан Гружевский, поручик Яновский, подпоручики Савицкий, Каплин и Владимиров, 15 унтер-офицеров, 4 музыканта и 135 рядовых. Для отличившихся в этих сражениях было пожаловано 2 ордена св. Владимира 4 степени с бантом, 4 ордена св. Анны 3 степени, 9 производств в следующие чины. Высочайшее благоволение было объявлено 5 офицерам.


Командир 3-го батальона майор Дмитрий Владимирович Костырка был представлен к ордену св. Владимира 4-й степени, а капитан Василий Петрович Белелюбский, контуженный в левую руку осколком французской гранаты, представлен к ордену св. Анны 3 степени на шпагу за храбрость (28 декабря 1815 года 3-я степень стала именоваться 4-й степенью ордена). В "Список имянной Тульского пехотного полка, отличившихся гг. штаб- и обер-офицеров, в сражении против неприятеля, 5-го и 6-го чисел сего августа, при городе Полоцке, с описанием их деяний." записано: "Майор Костырка. Отменный храбрый сей майор 5 числа примером своим много ободрял и внушал нижним чинам стремиться на неприятеля твёрдым духом, где и получил сильную контузию в ногу, а 6-го числа, бросясь на неприятельскую колонну батальонным фронтом, где опрокинуты штыками и во все истреблены от огня, а также исполнял отдаваемые мною приказания в точности и находился всегда в моих глазах лично, при совершении действий со мною. Награждён орденом св. Владимира 4-ой степени... Капитан Белелюбский. Сей храбрый капитан 5 и 6 чисел, как должно, подавал пример своим подчинённым, чем ободрял оных, а 6 получил сильную контузию в левую руку, но однакож ободрял духом, принудил нижних чинов ударить в штыки и неприятельские колонны, каковые совершенно истребил. Награждён орденом св. Анны 3-й степени."


11 (23) августа корпус графа Витгенштейна отступил за р. Дриссу и занял крепкую позицию у Савошино. 14-я дивизия генерал-майора Сазонова стала во второй линии у Соколиц и простояла здесь до 3 (15) октября. Войска расположились в шалашах, построенных из хвороста, и в землянках. Недостатка ни в чём не было. На биваках было полное изобилие провианта и тёплой одежды. Жители не опустошённых северных губерний, особенно псковичи, несли в дар войскам Витгенштейна деньги, одежду, скот, водку и т.п. В лагерях царило веселье. Каждый день играла музыка, пелись песни. В то же время французы в Полоцке терпели сильную нужду. Поэтому всё пространство к Полоцку охранялось отдельными отрядами из корпуса гр. Витгенштейна, предохранявшими эту местность от неприятельских мародеров.


Высочайшим приказом 4 сентября 1812 года Дмитрию Васильевичу Костырке пожалован орден св. Владимира 4 степени с бантом.


Спустя два месяца силы французов значительно уменьшились, а корпус гр. Витгенштейна наоборот увеличился за счет непрерывно подходящего подкрепления, состоявшего из ополчения Санкт-Петербургской губернии и резервных войск, и достиг 35 тысяч человек, не считая корпуса графа Штейнгеля, идущего на подкрепление к Витгенштейну из Финляндии. Тульский пехотный полк был усилен 3-й дружиной С.-Петербургского ополчения в количестве 821 человека. Дружина состояла из 3 батальонов, предназначенных только для удара в штыки. В то же время в г. Полоцке царил голод. По городу шатались голодные и больные толпы французов и баварцев. Французский корпус стремительно таял. Французы, видя растущее превосходство русских, начали укреплять г. Полоцк.


Согласно общему плану военных действий корпусу гр. Витгенштейна приказано было перейти в наступление, отрезать корпус маршала Сен-Сира от главной неприятельской армии, отступавшей к р. Березине, и двинуться к Докшицам на соединение с армией адмирала Чикагова, наступающей с юга. Гр. Витгенштейн разделил свой корпус на три колонны: первые две под личным начальством гр. Витгенштейн наступали по Невельской дороге, а третья колонна кн. Яшвиля — по Собежской дороге. В составе последней находился Тульский пехотный полк.


6 (18) октября в 4 часа по полудни князь Яшвиль, наступавший по правой стороне р. Полоты, получил приказ атаковать правобережные неприятельские укрепления. Едва князь Яшвиль построил свою колонну в боевой порядок и двинул её на штурм укреплений, французы, не дожидаясь решительного удара, покинули свои укрепления и отступили к городу. Под стенами Полоцка французы остановились, перестроились и при поддержке двух свежих бригад остановили преследующую их колонну князя Яшвиля, и после упорного боя заставили её отступить назад. Видя, что успех клонится в пользу французов, генерал-майор Сазонов взял из резерва Тульский, Навагинский и Тенчинский полки и бросился с ними на неприятеля, оттеснил его в город, захватив при этом в плен целую бригаду кроатов. Ночь прекратила битву. На ночь у стен Полоцка остались наблюдательные посты, а все остальные войска отступили к д. Громам.


7 (19) октября 1812 года русские и французские войска построились в боевые порядки, но боя не начинали: граф Витгенштейн ждал корпус Штейнгеля, а маршал Сен-Сир ожидал донесений от высланных им разъездов. Когда полководцам донесли о приближении корпуса Штейнгеля, Сен-Сир со своими войсками очистил Полоцк и отступил к Чирее.


Как только стало известно, что французы оставляют город, князь Яшвиль немедленно открыл по городу артиллерийский огонь и, не смотря на темную ночь, двинул свою пехоту на штурм города. Перед самыми стенами города протекает р. Полота и колонна, дойдя до неё, встала — единственный мост уже был охвачен пламенем. В этот момент из колонны выбежало несколько стрелков, начавших тушить мост. Потушив мост, они очистили противоположный берег от неприятельских стрелков. Колонна, переправившись через реку, начала штурм города. К утру город был полностью освобождён от неприятеля и представлял собой одни развалины и пепелище. Пройдя через город, колонна расположилась в бывшем французском лагере, где были найдены готовые землянки и деревянные домики с печками. На следующий день в полуразрушенном городском соборе было отслужено молебствие о победе и панихида по убитым, на которых присутствовали все офицеры полка.


При штурме Полоцка майор Костырка был снова ранен. За отличие в сражении 6 (18) и 7 (19) октября 1812 года майор Дмитрий Васильевич Костырка был произведён в чин подполковника, а капитан Василий Петрович Белелюбский был награждён чином майора. Все нижние чины Тульского пехотного полка, участвовавшие во взятии Полоцка, были награждены 5 рублями каждый. В "Список штаб и обер-офицерам, отличившимся в сражениях при гор. Полоцке, 6-го и 7-го октября 1812 года" записано: "...Майор Костырко, произведён в следующий чин... Капитан Белелюбский, произведён в майоры... Все оные штаб и обер-офицеры, находясь при городе Полоцке, сего октября 6-го, под сильной неприятельской канонадой, а 7-го при взятии оного, бросясь впереди своих колонн через зажжённый мост р. Полоты и который успели потушить потом, опрокинув неприятеля штыками при входе в город; за предыдущими колоннами, пройдя мост на лево, на высоту вала, и засевшего неприятеля за ним и наводившего ружейными выстрелами вред войскам, входившим в город, вытеснили и принудили ретироваться к переправе, при которой ружейными выстрелами много потоплено и перебито, и в плен взято 40 человек."


Сен-Сир, зная, что сожженный им мост через р. Двину задержит продвижение корпуса графа Витгенштейна, выслал значительный отряд против корпуса Штейнгеля. В подкрепление графу Штейнгелю была выслана 14 дивизия генерал-майора Сазонова, которая 11 (23) октября 1812 года и соединилась с ним на р. Дисне.


Оставив Полоцк, Сен-Сир отступил к Чашникам, где к нему присоединился ещё не бывший в сражениях корпус маршала Виктора. Соединенными силами французы намеревались оттеснить графа Витгенштейна за Двину и вновь овладеть Полоцком. Силы обоих корпусов доходили до 36 000 человек. У Чашник французы расположились по обе стороны р. Лукомли, сообщение через которую осуществлялось по мосту у мызы Стольно.


17 (29) октября 1812 года корпус графа Штейнгеля присоединился к корпусу графа Витгенштейна. Тульский пехотный полк, будучи в прикрытии к артиллерии, присоединился к своему корпусу 18 (30) октября.


19 октября 1812 года граф Витгенштейн атаковал неприятеля. Авангард князя Яшвиля вытеснил неприятеля из местечка Чашник, составлявших правый неприятельский фланг, а берёзовая роща — его левый фланг, не смотря на все атаки первой линии русского корпуса, всё ещё оставалась в руках французов. Тогда граф Штейнгель послал в атаку рощи из резерва Тульский, Навагинский и Эстляндский полки, а в обход её — 26 егерский полк. Эта атака имела успех — французы отступили за р. Лукомлю. Вслед за этим с обеих сторон открылась сильная артиллерийская канонада, причинившая урон русским войскам. Вечером французы отступили в Черег.


В ожидании известий от Дунайской армии, Витгенштейн остановился на позиции у Чашник и простоял до 1 (13) ноября. Тульский пехотный полк расположился на бивак при берёзовой роще. К тому времени наступили холода, по ночам мороз доходил до -20 градусов. В это время главные силы французов подходили к р. Березине и, чтобы обезопасить переправу от корпуса графа Витгенштейна, Наполеон приказал маршалу Удино оттеснить Витгенштейна за р. Двину и овладеть Полоцком.


1 (13) ноября 1812 года маршал Удино выступил в поход и в этот же день заставил авангард корпуса графа Витгенштейна отступить к д. Смольно. Узнав о приближении неприятеля, Витгенштейн расположил свой корпус на позиции по обеим сторонам р. Лукомли. Оборона д. Смольно была возложена на Тульский, Навагинский и Эстляндский полки. Тульский полк составил левый фланг войск, занимающих правый берег р. Лукомли, примыкая левым флангом к озерам. Перед каждым полком рассыпались стрелки. В 11 часов утра неприятельская дивизия атаковала д. Смольно и вытеснила из неё передовой отряд, отступивший к резерву. Заняв деревню, французы устремились на вторую линию и как только они появились из деревни стрелки открыли по ним жестокий огонь. Французы отступили в деревню и усилившись повели вторичную атаку на русскую позицию. Не дожидаясь их на месте, Тульский, Навагинский и Эстляндский полки бросились им на встречу и возле деревни завязался упорный штыковой бой, заставивший французов отступить в деревню, где они заняли дома и сараи так, что каждое строение приходилось брать штурмом. С большим усилием французы были выбиты из деревни. Тогда маршал Удино сделал последнее усилие удержать за собой деревню и послал в атаку все имеющиеся у него войска — пехоту и кавалерию. Первоначально успех был на стороне французов и они овладели деревней, но с прибытием Севского пехотного полка, французы были принуждены прекратить сражение и отступить к Черее. За отличие в сражении за д. Смольно, шеф полка полковник Паттон был произведён в генерал-майоры.


Высочайшим приказом от 27 мая (8 июня) 1813 года, за отличие во время сражений, бывших 1 (13) и 2 (14) ноября при мызе Смолянцах, и октября 19 (31) и 30 (11 ноября), при м. Чашниках, Тульского полка подполковник Костырка был награждён орденом св. Анны 2 степени. В "Список о награждениях за отличия во время сражений, бывших 1 и 2 ноября, при мызе Смоляницах, и октября 19 и 30, при м. Чашниках, коим, по представлении генерал-майора Гельфрейха, пожалованы нижеследующие награды" записано: "Подполковник Костырка. Сей храбрый и мужественный штаб-офицер сего числа, 2 ноября, когда неприятель стремился было занять деревню Смолянку, тогда приказано ему выслать из командуемого им батальона наших стрелков, потом, распорядив он цепь, и сам сражался с твёрдым духом, чем подал пример своим подчинённым и вытеснил неприятеля из занимаемых им в деревне сараев. Награждён орденом св. Анны 2-й степени."


Вслед за отступающими французами двинулся и корпус Витгенштейна. 15 (27) ноября 1812 года граф Витгенштейн окружил и взял в плен баварскую дивизию Партуно, прикрывавшую отступление неприятельских войск к переправе через р. Березину при сел. Студянке. Обезоружением баварской дивизии была занята 14 дивизия, из-за чего она подоспела к сражению при Студянке ночью 17 (29) ноября, когда большая часть остатков армии Наполеона уже переправилась через р. Березину.


После перехода французов через р. Березину, корпус гафа Витгенштейна составил левофланговую колонну русской армии и ему было приказано следовать параллельно главной неприятельской армии через Вилькомир, Кайданы, Юрбург-Ширау, Фридланд к Прейс Эйлау, куда прибыл 31 ноября (12 декабря) 1812 года.


В память избавления России от нашествия Наполеона была выбита серебряная медаль с изображением на ней Всевидящего Ока. Она носилась на груди на голубой ленте и была пожалована всем участникам кампании 1812 года. Согласно наградной описи, в Тульском пехотном полку такая медаль была вручена 1052 человекам.


16 (28) декабря 1812 года корпус Витгенштейна перешел границу у с. Лапеденена и направился к Кенигсбергу. 22 декабря (3 января) при Лобиау авангард графа Витгенштейна, встретив неприятельский арьергард, опрокинул его и следовал за ним к Кенигсбергу, который занимал маршал Макдональд. Не имея средств для обороны, маршал Макдональд оставил крепость и отступил в Эльбинг. 25 декабря (6 января) русские войска торжественно вступили в Кенигсберг. Продолжая теснить неприятеля, корпус гр. Витгенштейна перешёл р. Вислу у Мариенвердена и Доршау и в Штутгарде расположился по квартирам для отдыха. Тульскому пехотному полку было приказано занять остров, образуемый рукавами Вислы при её впадении в море и называемый, как и город на нём, Нейпахом.


12 (24) января 1813 года Навагинский и Тульский полки, составлявшие бригаду генерал-майора Гарпе, вошли в состав блокадного корпуса генерал-лейтенанта Левиза для блокады крепости Данцига. С 15 (27) января полк расположился под этой крепостью во 2-й линии, занимая селения Гросс и Клейн-Белькау, Русочин, Лангенау и Цынау в 5,5 верстах от крепости.


Император Александр I, принимая во внимание дороговизну, повелел выдать всем офицерам, перешедшим за границу, не в зачёт полугодовое жалованье и вслед затем разрешил отпускать порционные деньги начиная с 1 (13) января 1813 года и до возвращения в Россию.


Вместе с блокадой крепости Данцига был послан отряд генерал-майора Сиверса для овладения приморской крепостью Пилау. Она имела важное значение для снабжения русских войск в Пруссии продовольствием и боеприпасами из России. Для более верного успеха в этом предприятии к отряду генерала Сиверса был послан из под Данцига Тульский пехотный полк, который и подступил к Пилау 24 января (5 февраля) 1813 года.


Согласно рапорту гр. Платова кн. Кутузову от 25 января (6 февраля) 1813 года №85, Тульский пехотный полк вошёл в состав колонны генерал-майора Горбунова и расположился с западной стороны крепости. Гарнизон крепости Пилау состоял из войск прусских и французских и начальник прусских войск, не зная о переходе Пруссии на сторону России, действовал за одно с французами, но когда ему сообщили о воле Прусского короля, прекратил сопротивление осаждающим. Французский комендант крепости 27 января сдал крепость, гарнизон которого был отпущен генерал-майором Сиверсом на свободу. Согласно формулярному списку генерала Сиверса, он "По переводе в корпус графа Витгенштейна, переправился чрез р. Неман и вступил за границу, в Пруссию; 24 декабря, с полученным отрядом для занятия прусского столичного города Кенигсберга, преследуя неприятеля, занял этот город; 1813 г. января 27 покорил прусскую приморскую кр. Пиллау, и по заключенной капитуляции, значительный французский гарнизон должен был возвратиться через Рейн в пределы Франции, за овладение этой крепостью и за замечательную капитуляцию произведен в генерал-лейтенанты". Адъютантом генерал-майора Сиверса от его подшефного Новороссийского драгунского полка в то время состоял штабс-капитан Владимир Иванович фон Галлер и велика вероятность того, что в силу своих должностных обязанностей Дмитрий Васильевич Костырка и Владимир Иванович фон Галлер познакомились ещё до встречи в г. Перми, под стенами крепости Пилау.


После взятия Пилау Тульский пехотный полк возвратился под стены Данцига и расположился в с. Шенфельд где вошёл в состав войск полковника Турчанинова. Из крепости французы совершали вылазки для разведки и собрания фуража в ближайших селениях. 11 (23) февраля 1813 года Тульский пехотный полк принял участие в отражении подобной вылазки. 21 февраля (5 марта) была принята общая атака всех укреплений с целью вытеснения французов из отдалённых предместий ближе к крепости и прервать их снабжение продовольствием. Для этого войска были разделены на три отряда. Часть отряда полковника Турчанинова должна была атаковать форштадт Шоттенгаузен и иезуитскую церковь, в то время как другая часть этого отряда овладев предместьем Орь, должна была отрезать путь отступления неприятелю из форштадта Шоттенгаузена. Согласно этой диспрозии, Тульский пехотный полк был назначен для овладения предместьем Орь.


В 4,5 часа утра, по глубокому снегу, полк тронулся в назначенный пункт. После небольшой перестрелки полк атаковал предместье и очистил его от французов. Между тем неприятель отбил атаку отряда генерал-майора Кульнева, отступившего в беспорядке. Вслед за ними стали отступать другие отряды. В тоже время неприятель, получив значительное подкрепление, выбил Тульский пехотный полк из предместья Орь. 23 февраля (7 марта) неприятель, ободрённый своим первым успехом, сделал вылазку большими силами, но был отражён с большим уроном.


25 февраля (9 марта) 1813 года к Данцигу подошёл корпус принца Александра Виттенбергского и в этот же день бригада генерал-майора Гарпе выступила в г. Ландеберг, в который вступила 27 марта (8 апреля). После 3-х дневного отдыха бригада для прикрытия артиллерии выступила с нею на Берлин, куда вступила 3 (15) апреля 1813 года. После дневки в Берлине бригада выступила в Дессу, но уже на марше 7 (19) апреля получила приказ следовать к крепости Виттенбергу на смену прусских войск Клейста в подчинение прусского генерала Бюлова. 8 (20) апреля бригада расположилась с западной стороны крепости со стороны р. Эльбы. Тульский пехотный полк занял селения Цитау, Закретц и Розенфельд.


30 апреля (12 мая) 1813 года недостаток провианта вынудил 2000-й отряд французов покинуть осаждённую союзниками крепость и с боями пробиваться через Герцберг к Лейпцигу.


После неудачного сражения главной армии под Боуценом, 20 апреля (2 мая) союзные войска отступили обратно за р. Эльбу. Наполеон последовал за союзной армией а корпуса Нея, Лористона и Виктора направились на Торгау угрожая Берлину. Дорогу на Берлин охранял корпус генерала Бюлова, в который входила бригада генерал-майора Гарпе, стоявшая под Виттенбергом.


Перейдя Эльбу, корпус Удино направился к Лукау, угрожая обходом левого фланга войск генерала Бюлова. Чтобы упредить неприятеля, в 4 часа утра 22 мая (3 июня) войска генерала Бюлова выступили к Лукау, куда прибыли на рассвете 23 мая (4 июня) и сразу построились в боевые порядки, так как уже подходили неприятельские войска. Тульский пехотный полк находился в резерве за городом на правом фланге. В 10 часов утра французы стремительно атаковали Калаузское предместье, защита которого была поручена прусским войскам, и за короткое время заняли его, а также мост через реку Бергту и уже дошли до самой городской заставы. Посланные из резерва бригада Оппена и 3-й батальон 4-го восточного прусского полка оттеснили неприятеля от заставы, отняли у него мост, но освободить предместье не смогли. Тогда генерал Бюлов выслал один батальон Тульского полка, с правой стороны города, и батальон Навагинского полка, с левой. Под натиском союзных войск французы освободили предместье и заняли высоту, с которой открыли жесточайший артиллерийский огонь по предместью и за короткое время превратили его в груду развалин, которые оборонять не было никакой возможности. Поэтому союзные войска отступили к заставе. Французы немедленно заняли предместье и возобновили атаку на заставу, в отражении которой участвовали оба действующих батальона Тульского пехотного полка. Успех клонился то в одну, то в другую сторону, пока наконец не прибыла в подкрепление свежая бригада союзных войск, которая решила исход сражения. Французы покинули предместье, а наступившая ночь спасла их от окончательного поражения.


Король Пруссии наградил раненного при Лукау командира бригады генерал-майора Гарпе орденом Красного Орла 2 степени. В этом сражении при Лукау майор Тульского пехотного полка Василий Петрович Белелюбский был контужен ружейной пулей в живот.


24 мая (5 июня) Удино отступил к Убичау, а войска генерала Бюлова простояли на позиции до 26 мая (7 июня) 1813 года. В своем донесении Прусскому королю генерал Бюлов писал, что "Тульский и Навагинский полки в сём деле оказали отменную храбрость в жестоком и продолжительном огне".


После сражений при Лукау и Бауцене было заключено на 6 недель перемирие. Тульский пехотный полк расположился частью в казармах, частью по обывательским квартирам в г. Брандебурге.


Во время перемирия бригада генерал-майора Гарпе (Тульский и Навагинский пехотные полки) вместе с бригадой генерал-майора Красовского (13 и 14 егерские полки) составили сводную дивизию графа Воронцова в составе русских войск князя Винцингероде в Северной армии наследного принца Шведского. 24 июля (5 августа) 1813 года князь Винцингероде произвёл инспекторский смотр Тульскому пехотному полку.


29 июля (10 августа) 1813 года перемирие закончилось. Удино для решительного удара по Северной армии выступил из Даме к Берлину. 10 (22) августа дивизии графа Воронцова, расположенной с 1 августа лагерем при городе Шпандау, было приказано быть готовой к выступлению в поход 11 (23) августа в 1,5 часа утра. В 2 часа по полуночи полк прибыл к Гросс-Беерену, где происходил жестокий бой прусских войск с французами, и расположился на правом фланге союзников у селения Ютергац. Пруссаки сами отразили все атаки маршала Удино и заставили его отступить к Виттенбергу. Наполеон заменил Удино маршалом Неем, которому приказал овладеть Берлином.


24 августа (5 сентября) графу Воронцову было приказано двинуться с дивизией к Виттенбергу, обложить и бомбардировать эту крепость и не дать её гарнизону соединиться с корпусом Нея. 25 августа (6 сентября) Ней потерпел поражение при Денневице и был вынужден отступить за Эльбу. 22 сентября (6 октября) Северная армия переправилась через Эльбу у г. Рослау без сопротивления со стороны Нея, отступившего к Лейпцигу, где собралась армия Наполеона и куда стремились союзные армии.


6 (18) октября 1813 года Северная армия подошла к Лейпцигу, где её уже ждал император Александр I, и в 3 часа после обеда выстроилась в боевой порядок перед селением Шенфельд, имея дивизию графа Воронцова в первой линии. После упорного рукопашного боя с. Шенфельд было занято союзными войсками и теперь путь к отступлению Наполеона легко мог быть отрезан. Наполеон, во избежание этого, отступил за Лейпциг, поручив оборону города усиленному арьергарду.


Утром 7 (19) октября союзные войска со всех сторон двинулись к Лейпцигу и взяли его приступом. Тульскому пехотному полку пришлось Госпитальную заставу. К 12 часам дня город был очищен от французов и в него въехали император Александр I вместе с королём Пруссии.


В "Список отличившимся в сражении под Лейпцигом, 6 и 7 октября." записано: "Подполковники Костырка и Буллах. Командуя вверенными им батальонами, при отличном распоряжении, оказывали совершенную неустрашимость, усердие и деятельность, ободряя на каждом шагу своих подчинённых. Объявлено им Высочайшее благоволение." Майор Тульского пехотного полка Василий Петрович Белелюбский, за проявленное отличие в сражении под Лейпцигом, был награждён орденом св. Владимира 4 степени с бантом.


Через несколько дней Тульский пехотный полк был назначен в авангард русских войск под командованием генерал-майора Александра Христофоровича Бенкендорфа (1783 – 1844). 21 октября (2 ноября) 1813 года авангард выступил в Бремен и вступил в него 31 октября (12 ноября).


2 (14) ноября 1813 года из Бремена авангард был послан на р. Иссель к Цволю, для наблюдения за неприятелем, находившимся ещё в Голландии, и для охраны северо-восточной части Германии от набегов французов. Не ограничивая себя наблюдением, генерал-майор Бенкендорф, против воли князя Винценгероде, отправился освобождать Голландию. В своей рукописи "Освобождение Нидерландов" А.Х. Бенкендорф пишет: "...Отряд мой казался мне слишком многочисленным, чтобы я мог удовольствоваться лишь сторонним наблюдением. Я принял решение вторгнуться в Голландию. По моему поручению, в Амстердам отправился находящийся у нас на службе голландский полковник, чтобы выяснить настроения в городе и вступить в сношения с предприимчивыми людьми; я уведомил о своих планах Генерала Бюлова, который направлялся к Минстеру, и написал Генералу Винценгероде, чтобы заручиться его согласием... Мой посланный прибыл из Амстердама в сопровождении верного человека от Генерала Крайенхова, временного правителя столицы, который обещал мне поддержку воодушевленного народа и просил меня ускорить мои действия... С нетерпением ожидал я ответа Генерала Винценгероде касательно моих намерений. С горьким чувством получил твердый приказ не переходить Иссель; Генерал считал меня слишком слабым, чтобы начинать военные действия в стране, находящейся в благоприятном положении и усеянной множеством крепостей..."


Переправившись через р. Иссель в Цволе, отряд Бекендорфа перешёл к Гардевину, где Тульский полк и батальон егерского полка были посажены на мелкие суда. 23 ноября (5 декабря) 1813 года в 11 часов ночи были подняты паруса и флотилия пустилась к Амстердаму. В своей рукописи "Освобождение Нидерландов" А.Х. Бенкендорф пишет: "...Мною уже был предпринят первый шаг: весь Амстердам был в движении, население города умоляло нас о приходе, я был в счастливом опьянении от возможности самостоятельно командовать; я решился ослушаться. Еще ночью я собрал мои войска и перешел реку... В порту, куда я прибыл, не оказалось достаточного числа кораблей, я был вынужден оставить половину пехоты, которую отправил в подкрепление Генералу Жевахову. В тот же вечер я сел на корабли с остальным войском числом 600 человек... Зюйдер-Зе покрыта была льдинами, и вражеская флотилия, которая принадлежала располагавшейся в Текселе эскадре Адмирала Вергюэля, крейсировала в окрестностях Гардевика... Моряки предсказывали нелегкое плавание; мы подняли паруса в 11 часов вечера, чтобы под покровом темноты скрыть наше передвижение, и молили о попутном ветре..."


Ночь была тёмная а ветер попутный и суда, летя на всех парусах, благополучно пробрались среди множества курсирующих неприятельских кораблей. В 8 часов утра пристали к Амстердаму, где голландцы устроили русским войскам самый радушный приём. С музыкой и барабанным боем, при звоне колоколов и радостных криках народа, Тульский пехотный полк двинулся к Королевскому дворцу, перед которым выстроился развёрнутым фронтом. Здесь генерал-майор Бекендорф прочитал прокламацию об освобождении страны от французов и о возвращении принца Оранского. После прочтения прокламации, Тульский пехотный полк в сопровождении народной милиции и вооружённого народа двинулся к фортам Мюйдену и Гельвичу, французские гарнизоны которых сдались без боя. В своей рукописи "Освобождение Нидерландов" А.Х. Бенкендорф пишет: "...На восходе солнца мы увидели колокольни Амстердама и в 8 часов вошли в порт... Я поспешил к Генералу Крайенхову и только ему сообщил о небольшой численности бывших со мной людей, он ужаснулся. Но поскольку пути назад уже не было, мы составили бумагу, в которой мне приписывалось 6 тысяч человек, и написали обращение к народу, призывавшее его взяться за оружие... вскоре город был в движении, национальная гвардия получила приказ выстроиться на Дворцовой площади, огромная толпа наполнила все улицы, окна были украшены знаменами Оранского дома, и горсть русских, только что сошедших на берег, составила почетный караул под балконом дворца. Тут же было сформировано временное правительство, и в 10 часов народу читан был акт о восстановлении Голландии. Воздух наполнился восторженными криками, и пушечный залп разнес во все стороны эту великую новость. Войска прошествовали передо мной при восторженных криках множества людей. Тысячи людей всех сословий, наспех вооруженные, присоединились к солдатам и в опьянении восторга выступили к двум крепостям, которые охраняли Амстердам. Гарнизоны крепостей Мюйдена и Гальвига, устрашенные уже шумом города, едва заметив направляющиеся к ним многочисленные колонны, тут же сообщили о своей капитуляции..."


В своей рукописи "Освобождение Нидерландов" А.Х. Бенкендорф пишет: "...Ожидая отряд пруссаков, обещанный мне, но так и не прибывший, я послал батальон Тульского пехотного полка с двумя орудиями для захвата плотины, которая служила для переправы из Горкума к Гардингсфельду. В ту же ночь с остатком отряда я последовал за батальоном..." В "Истории 72-го пехотного Тульского полка. 1769 - 1901 г.", составленной штабс-капитаном Ф.Д. Соседко по документам, сохранившимся в архивах полка и военного министерства, говорится, что в этот же день две роты при двух орудиях под начальством майора Василия Петровича Белелюбского выступили для занятия переправы через р. Вааль. 26 ноября (8 декабря) отряд майора Белелюбского успешно занял плотину и мост. Вечером того же дня на противоположной стороне появились французские войска, но заметив, что переправа уже занята русскими, ретировались к крепости Бреде.


Освобождая Голландию, французы отступили за реку Вааль к Антверпену, оставив незначительный отряд в крепости Бреда. 28 ноября (10 декабря) 1813 года генерал Бенкендорф выступил со своим отрядом из Амстердама и 3 (15) декабря занял крепость Бреда. Тем временем Наполеон послал дивизию Молодой гвардии генерала Роге, численностью 6000 человек пехоты, усиленную кавалерией генерала Лефевр-Денуэтта, численностью около 1000 человек, при 30 орудиях. Поддержанная другими войсками, гвардия должна была непосредственно заняться Бредой. 7 (19) декабря французы выступили к крепости Бреда с целью овладеть ею обратно.


Через десять дней после взятия русскими Бреды войска Роге и Лефевр-Денуэтта подошли к ее стенам. Защитники крепости — кроме русских, голландские волонтеры, немногочисленные пруссаки майора Петера фон Коломба и освобожденные из французского плена безоружные англичане, могли противопоставить всего четыре легкие пушки против 30 орудий французской гвардии. 8 (20) декабря 1813 года французы осадили крепость и начали бомбардировать её из 30 орудий. Первый приступ был отбит. К вечеру 9 (21) декабря по воде были доставлены 18 12-фунтовых орудий без прислуги и боеприпасы, отбитые у французов в Вильгельмштадте генералом Сталем. Немедленно была составлена артиллерийская команда из русских, голландцев, англичан и пруссаков. Не понимая друг друга на словах, все они объяснялись только знаками, что не помешало им к утру установить орудия на крепостном валу и открыть сильный огонь по французам. Защитники крепости, — русские, голландцы, пруссаки и англичане, объясняются между собой при помощи фантастической смеси языков, междометий и жестов. "несмотря однако-же на то, что защита Бреды напоминала вавилонское столпотворение, на-рассвете 10-го (22-го) десять батарейных орудий, поставленных на городском валу, открыли канонаду по неприятелю стоявшему на гласисе и заставили его удалиться", — писал М.И. Богданович.


10 (22) декабря французы пошли на штурм. Бенкендорф и его офицеры принимают решение: не погибать красиво на стенах, а идти на вылазку, во встречную атаку. Мужество русских солдат, хладнокровие и искусство их командиров организовали и голландских волонтеров, и недавних пленников-англичан. Неприятель уже готов штурмовать крепостные ворота, но все они неожиданно открываются. Ударив в штыки, защитники крепости вынудили французскую гвардию бежать.


На третий день обороны французы отступили от крепости к Гостратену, поскольку на их правом фланге показались колонны прусской бригады генерала фон Крафта, а против северного фланга французов выдвинулись десантировавшиеся английские батальоны под начальством сэра Томаса Грэхема. В своей рукописи "Освобождение Нидерландов" А.Х. Бенкендорф пишет: "...На следующий день, 12 Декабря, — в день рождения Его Величества — на стенах Бреды мы отслужили благодарственный молебен. Голландцы и Пруссаки, бывшие с нашими войсками, присутствовали на нашем богослужении и преклоняли колена. Я просил англичан, Бюлова и голландцев прийти сменить меня, так как не мог смириться с тем, что должен пребывать лишь с гарнизоном крепости. Более того, Генерал Винценгероде посылал мне один за другим приказы о соединении с ним. Он продвигался с войском к Рейну и хотел, чтобы мы встретились и перешли вместе через Рейн. Наконец, после многих хлопот с моей стороны, 22-го числа меня сменили 2 английских, 2 прусских и 2 голландских батальона. Я откомандировал их в Бреду, а сам пустился в путь."


Высочайшим приказом от 5 (17) января 1814 года за отличие, проявленное при освобождении Голландии и в сражении за крепость Бред, подполковник Дмитрий Васильевич Костырка был произведён в полковники. 5 (17) июня 1815 года король Нидерландов Виллем I (1771 – 1820), в память освобождения Голландии русским отрядом, пожаловал Тульскому пехотному полку две наградные серебряные трубы с надписью "Amsterdam 24 Nowembre 1813".


В конце 1813 года Тульский пехотный полк в составе отряда Бенкендорфа расположился по квартирам на Рейне, в окрестностях местечка Эммериха, где и простоял до 6 (18) января 1814 года. Отряд генерал-майора Бекендорфа согласно плану должен был прикрывать правый фланг корпуса Винцингероде, причисленного к Силезкой армии прусского генерала Блюхера, для чего переправу должен был совершить у крепости Эммера и наступать к Антверпену.


6 (18) января 1814 года полк подошел к р. Рейну, но переправа в назначенном месте оказалась невозможной — берега были затерты льдом, а по середине реки шел сильный ледоход. Полки направились в Дюссельдорф, где 13 (25) января переправились на французский берег. Во Францию полк вступил под командованием полковника Тюревникова, так как шеф полка генерал-майор Паттон в Дюсельдорфе заболел и 14 (26) февраля 1814 года там умер. Переправившись через р. Рейн, полк получил приказание направиться в м. Эркеленц, в расположение генерал-лейтенанта графа Орурка, по приказанию которого вошёл в состав отряда генерал-майора Иловайского 4-го, блокировавшего крепость Юлих, занятую 3000 неприятельским гарнизоном.


19 (31) января полк расположился в 3,5 верстах от крепости, при этом штаб полка занял д. Брух. 20 января (1 февраля) неприятель сделал вылазку из крепости за провиантом, но был отброшен. После этого неприятель совершал ежедневные вылазки, отбиваемые полуротами. Наконец 30 января (11 февраля) из крепости выступил отряд в 1000 человек пехоты и в 1000 человек кавалерии и направился к Альтговену, лежащему на правом берегу сильно разлившейся р. Роер. Неприятель вытеснил из деревни казаков, но заметив спешащие на помощь казакам полки, отступил обратно в крепость. 31 января (12 февраля) к Юлиху подступил генерал Бюлов, а полку было приказано выступить в г. Энерне, на соединение с дивизией графа Воронцова, только что пришедшего из Северной Германии.


1 (13) февраля 1814 года Тульский пехотный полк оставил позиции у крепости и, следуя через Ахен, 8 (20) февраля соединился со своей дивизией в Энерне. 19 февраля (3 марта) дивизия Воронцова, бывшая в составе корпуса кн. Винценгсроде, сделала усиленный марш в 50 вёрст и подошла к Краону, где составила самый левый фланг армии и ей было приказано держаться там до последней возможности. 20 февраля (4 марта) бригада генерал-майора Понеста, Тульский и Навагинский полки, заняли мызу Гертебиз и аббатство Воклер.


22 февраля Наполеон занял переправу через р. Эн Бери-о-бак и по большой дороге направил свою армию к Корбиньи, но для дальнейшего движения ему было необходимо опрокинуть стоявший у Краона русский отряд. Поэтому в 4 часа по полудни он направил две дивизии — одну для атаки Краона, а другую для атаки мызы Гертебиз. Для сдержания неприятеля, бригада генерал-майора Понеста заняла опушку леса со стороны аббатства Воклер, при чём само аббатство было занято стрелками. Около 5 часов французы открыли огонь, овладели аббатством Воклер и устремились в атаку на позицию полка у леса. Атака была отбита сильным ружейным огнём, вторая атака также не имела успеха. Атака за атакой продолжались в течение 3 часов и все они были отражаемы огнём и штыками. Наконец французы овладели лесом и даже ворвались на мызу. Оставшиеся в резерве две роты Тульского и батальон Навагинского полков сделали последнее усилие, чтобы удержать за собой мызу и лес. Во время самого упорного боя на выручку подоспел батальон 14 егерского полка и это подкрепление решило исход сражения — войска воодушевлённые подкреплением стремительно бросились на неприятеля и вынудили его оставить мызу и лес и отступить к Корбиньи. Ночью бригада отступила по дороге из Бре в Краон, на позицию в версте от воклерского леса. В течение ночи сюда прибыли все войска Воронцова и Сакена.


Утром 23 февраля (7 марта) 1814 года все войска гр. Воронцова заняли возвышенность впереди г. Краона, между селениями Айль и Жюминьи. Вскоре показались французские колонны, выходящие из леса на поле перед русской позицией. Против русского центра Наполеон выставил 100 орудий, открывших в 10 часов утра убийственный огонь по русской пехоте, стоявшей в густых колоннах на тесном пространстве. Целые ряды вырывались из фронта колонн, которые, невзирая ни на что стояли неподвижно. После часовой канонады Наполеон направил для атаки правого фланга корпус Нея, Виктора и драгунскую дивизию Русселя, а для атаки правого фланга корпус генерала Нансути и кавалерию Эксельмана. Маршал Ней быстро перешёл овраг напротив левого фланга и стал выстраиваться на гребне возвышенности, но меткий картечный и ружейный огонь заставил его спуститься обратно в овраг. Вторая попытка корпуса Нея также не имела успеха. Наполеон усиливал свои войска и повторял атаку за атакой в течение нескольких часов. В этих отражениях участвовали Тульский и Навагинский пехотные полки, но когда против правого фланга выступила масса неприятельской конницы, а за нею пехота, бригада была занята исключительно отражением нескольких кавалерийских атак Эксельмана и пехотного корпуса Нансути. В 2 часа пополудни к Наполеону прибыл свежий корпус маршала Мортье и русским войскам было приказано отступить.


Отступать под напором многочисленного неприятеля, имевшего большое число кавалерии, было значительно труднее, чем держаться на месте. Несмотря на это русские линии стали свёртываться в батальонные каре и медленным шагом отступать к Лаону. Вслед за этим последовала новая атака неприятельской кавалерии и пехоты. Патронов в Тульском полку почти не было и приходилось действовать в основном штыками, которые и на этот раз заставили неприятеля остановиться. В продолжение отступления русским каре ещё несколько раз приходилось останавливаться для отражения неприятельских атак. Наконец у с. Серни на помощь пришла кавалерия, посланная генералом Блюхером для прикрытия отступления, и после нескольких её удачных атак преследование неприятелем закончилось у Шевриньи, а русские войска, измученные продолжительным боем, отступили к Лаону. Против русских войск, в количестве 18000 человек, участвовало 30000 французов под предводительством самого Наполеона.


За отличие, проявленное в сражении при Краоне, полковник Тульского пехотного полка Дмитрий Васильевич Костырка награждён орденом св. Анны 2-й степени, алмазами украшенным (алмазами в то время называли гранёные кристалы горного хрусталя). Майор Василий Петрович Белелюбский получил Высочайшее благоволение.


25 февраля (9 марта) у Лаона собралась вся Силезкая армия численностью до 100 тысяч человек. Корпус князя Винценгсроде расположился на позиции между г. Лаоном и с. Тиере. В течение 25 и 26 февраля (9 и 10 марта) неприятель производил отдельные неудачные нападения. Наполеон, потеряв надежду разбить Силезскую армию, отступил к р. Марне. В эти два дня Тульский пехотный полк находился в глубоком резерве и в делах не участвовал. 9 (21) марта в г. Реймсе командир корпуса устроил смотр полку.


После отдыха Силезкая армия, перейдя р. Энь у Бери-о-Бака, направилась к Шалону на р. Марне, откуда по Парижской дороге через Вертю, Монлшраль, Мо — к Парижу. 17 (29) марта дивизия графа Воронцова остановилась в с. Гранд-Дранеи в 6 верстах от Парижа. 18 (30) марта 1814 года пруссаки под командованием принца Вильгельма в течение четырех часов вели атаку Ла-Валеты но французы упорно сопротивлялись. Тогда граф Воронцов послал в Ла-Валету генерал-майора Красовского с 13 и 14 егерскими, Тульским и Навагинским пехотными полками. Русские полки с песнями, музыкой и распущенными знамёнами мгновенно ворвались в селение и не смотря на отчаянное сопротивление французов, выбили их из Ла-Валете и погнали их до стен Парижа. В самый разгар преследования пришло известие, что Париж сдаётся. На 7 часов утра следующего дня император Александр I назначил смотр своих войск, участвовавших в штурме Парижа.


19 (31) марта в 7 часов утра русский император в сопровождении императора Германского, короля Прусского и блестящей свиты прибыл в расположение войск. В 9.30 утра началось вступление гвардии и гренадёр в Париж, а остальные войска возвратились на свои биваки, на которых простояли до 1 (13) апреля, а затем перешли на назначенные квартиры в окрестностях Парижа. 14 дивизия генерал-лейтенанта Гельфрейха, к которой возвратилась бригада из Тульского и Новагинского полков, расположилась в департаменте Уазы. Тульский пехотный полк занял г. Компиен с предместьями. Там полк простоял до 2 (14) мая.


Перед возвращением в Россию русская армия была разделена на корпуса, корпуса на две колонны. Тульский пехотный полк был в составе 1 колонны князя Горчакова, корпуса графа Витгенштейна. 2 (14) мая колонна князя Горчакова собралась к г. Компиену, где был отслужен торжественно напутственный молебен и войска двинулись эшелонами в поход. С вступлением русских войск в Германию их поход превратился в триумфальное шествие.


Высочайшим приказом 12 (24) мая 1814 года полковник Дмитрий Васильевич Костырка был назначен шефом Тульского пехотного полка. Это был последний шеф полка, так как при нём звание шефа было уничтожено и после него полком командовали полковые командиры. Под его командой полк после трёх месячного утомительного похода 20 августа (1 сентября) 1814 года вступил в г. Ковно, откуда перешёл в с. Оникшты Витебской губернии.


1 (13) сентября 1814 года был подписан Высочайший приказ, в котором говорилось: "господам генералам небыть уже впредь шефами полков, кроме корпуса Гвардейского, на который правило сие не распространяется, а потому всем шефам генеральских чинов в армии сдать полки свои на законном основании старшим штаб-офицерам в полках".


После поручения известия о возвращении в Париж Наполеона, русская армия под командованием генерал-фельдмаршала Барклая-де-Толи собравшись у Кракова, была двинута на г. Триер для поддержки прусской армии генерала Блюхера. 14 дивизия вошла в состав резервного корпуса генерал-фельдмаршала графа Витгенштейна, сборным пунктом которого являлся Белосток. В июне 1915 года весь корпус собрался в Белостоке и 30 июня (12 июля) двинулся к г. Бамбергу. 14 (26) августа 1815 года полковник Костырка сдал полк полковнику Мамонову, под командованием которого полк 28 августа (9 сентября) вступил в Бамберг и расположился на квартирах в г. Грец с предместьями и простоял там до пленения Наполеона. В конце ноября полк возвратился в Россию на свои прежние квартиры в м. Оникшаны в Витебской губернии.


Высочайшим приказом 30 августа (11 сентября) 1816 года полковник Дмитрий Васильевич Костырка был назначен командиром Пензенского пехотного полка.


В начале 1819 года командир Московского пехотного полка полковник Кромин заболел и, сдав полк старшему штаб-офицеру майору Фёдорову 5-му, уехал в отпуск и к полку уже более не возвратился, ибо по выздоровлении 18 (30) декабря 1819 года был переведён в 1-й Морской полк. На смену ему, ещё 15 (27) марта 1819 года, командиром полка был назначен полковник Дмитрий Васильевич Костырка. 8 (20) сентября 1819 года полковник Дмитрий Васильевич Костырка прибыл в г. Богуслав в Киевской губернии, где принял Московский пехотный полк и вступил в должность его командира.


Согласно Высочайшего повеления 25 января (6 февраля) 1819 года Московский полк был переведён из 7-й в 23-ю дивизию. В конце апреля 1820 года, согласно новому разделению армии, Московский пехотный полк был переведён из 23-й в 14-ю дивизию генерал-лейтенант князя Хованского, числившуюся в 5 корпусе, расположенном в г. Москве. Вследствие этого 1-й и 3-й батальоны полка, собравшись в конце февраля 1820 года к Богуславу, выступили в Москву и, сделав обыкновенным походным порядком 1006 верст, через Киев, Курск, Орёл до Тулы, где расположились в Спасских казармах.


Полковник Дмитрий Васильевич Костырка недолго командовал Московским пехотным полком: болезненное состояние заставило его просить увольнения из действующих войск, и 18 (30) апреля 1821 года он был назначен командиром 1-й бригады 8 округа внутренней стражи, а в командование полком вступил зачисленный ещё 2 (14) ноября 1820 года из Лейб-гвардии Семёновского полка полковник Григорий Иванович Ефимович 3-й. В Высочайшем приказе от 18 (30) апреля 1821 года, подписанном в г. Лейбахе, говорится: "Назначаются. ...По Пехоте. ...Московского пехотного полка Полковник Ефимович 3-й, Командиром оного же полка, на место Полковника Костырки, который за болезнью определяется Командиром 1-й бригады 8-го округа Внутренней Стражи..."


В начале мая 1821 года легендарный полковник Дмитрий Васильевич Костырка прибыл в г. Пермь, где ему не долго довелось довольствоваться спокойствием гарнизонной службы и залечивать старые раны. В 1822 – 1823 годах среди мастеровых и работных людей Каслинского и Кыштымских заводов произошли крупные волнения, вызванные тем, что в 1819 – 1821 годах в Зауралье свирепствовала засуха. Хлебные запасы в заводских магазинах сильно истощились, да и то, что ещё оставалось, купить было не на что, так как заработная плата не выдавалась по нескольку месяцев. Терпение рабочих кончилось и события на заводах стали приобретать стихийный характер. 18 февраля (2 марта) 1822 года мастеровые и работные люди подали исправнику Каслинского и Кыштымских заводов прошение, в котором жаловались на своё бедственное положение. В начале марта 1822 года, не получив удовлетворения своему прошению, группа из 54 рабочих, самовольно оставив заводские работы, направилась в Екатеринбург для подачи жалобы на невыдачу продовольствия и задержку заработной платы. Горное правление, признавая справедливость требований мастеровых, приняло дело к рассмотрению.


По представлению министра финансов Д.А. Гурьева, поддержанного Комитетом министров и утвержденного 1 августа 1822 года императором Александром I, заводчику Расторгуеву было поставлено "в непременную обязанность" давать заводским людям заработную плату и хлебное довольствие в размерах не меньших, чем на близлежащих казенных заводах. Расторгуеву было объявлено, что в случае неисполнения этого распоряжения правительство заберёт его заводы в казну. Вместе с этим предписывалось 4 главных зачинщиков предать суду, а 98 наиболее активных участников волнений вместе с их семействами выслать на казенные Богословские заводы. Однако заводские рабочие не подчинились властям, не позволив выслать своих активистов, и арестовали заводского исправника Щедрова и присланных для переговоров чиновников. На общем сходе были избраны члены "мирской избы", по решению которой были остановлены все заводские работы и расставлены пикеты по дорогам. Кыштымские заводы были одними из наиболее крупных в системе уральской горнозаводской промышленности. В кыштымскую группу входили чугуноплавильные и железоделательные заводы: Верхне-Кыштымский и Нижне-Кыштымский в заводском поселке Кыштым, который был центром группы, Каслинский, находившийся примерно в 30 верстах от Кыштыма, Нязепетровский — в 80 верстах и Шемахинский железоделательный — в 110 верстах. Повстанцы активными действиями побудили мастеровых Каслинского и Нязепетровского заводов присоединиться к ним, вели успешную агитацию среди рабочих Шемахинского, Уфалейского, Златоустовского заводов. В восстании уральских мастеровых приняло участие около десяти тысяч человек и это вызвало сильную панику горного начальства.


Известие о восстании было направлено Пермскому генерал-губернатору и в Правящий Сенат. Комитет министров принял постановление, утвержденное императором Александром I о том, чтобы "предоставить управляющему министерством внутренних дел снестись с дежурным генералом Главного штаба, чтобы на Кыштымские заводы купца Расторгуева отправлена была немедленно достаточная военная команда, соответственно числу находящихся на сих заводах мастеровых". При этом комитет министров согласился с мнением министра финансов о том, чтобы посланные войска "при дальнейшем упорстве непокорных действовали военного рукою и до восстановления совершенного спокойствия не оставляли заводов". В январе 1823 года полковник Дмитрий Васильевич Костырка выступил из Перми со своим батальоном, в полном боевом порядке, при полном вооружении, с артиллерийскими орудиями. В с. Кузьминском к Пермскому присоединились Троицкий и Верхнеуральский гарнизонные батальоны и башкирские казаки, прибывшие из Оренбурга численностью в 1000 человек. 5 (17) февраля 1823 года правительственные войска под командой полковника Дмитрия Васильевича Костырки общей численностью до 3000 человек подошли к селу Куяш, принадлежавшему владельцам Сысертских заводов Турчаниновым, и расположились в селе и в окрестных деревнях лагерем. На следующий день войска двинулись к захваченным мятежными рабочими заводам. 6 (18) февраля 1823 года правительственные войска заняли Каслинский завод. Заводские люди не оказали никакого сопротивления, поскольку всё работоспособное заводское население еще до занятия поселка ушло в Кыштым, оставив в поселке только женщин, детей и стариков.


Узнав о приближении правительственных войск, кыштымские рабочие приготовились к вооруженному отпору и, по словам их вожака Климентия Фомича Косолапова (1790 – 1824), у них была даже пушка. Участники волнения — мастеровые, непременные работники и крепостные крестьяне, сосредоточившиеся в Кыштыме, наспех вооружались кто чем мог: извлекали из-под спуда старые дробовики, изготовляли дубинки. Основная же часть восставших была вооружена лишь вилами, косами и топорами. Руководители волнения ждали помощи от мастеровых и непременных работников соседних заводов. Но было уже поздно. Опытный военачальник, полковник Дмитрий Васильевич Костырка окружил своими войсками мятежные заводские посёлки и примкнувшие к ним деревни. На дорогах и даже лесных тропах были расставлены пикеты и устроены засады. 9 (21) февраля 400 мастеровых Нязепетровского завода вместе с женами отправились в Кыштым на помощь штабу волнения, но на подступах к Уфалею были окружены солдатами и отправлены под конвоем обратно.


Вечером 9 (21) февраля, осознавая безвыходность сложившейся ситуации и обречённость вооружённого сопротивления правительственным войскам, руководитель мятежников Клим Косолапов с несколькими мастеровыми ночью отправился с Кыштымского на Каслинский завод для переговоров с берг-инспектором Булгаковым. В пяти верстах от Каслей Климентий Фомич Косолапов, Архип Иванович Рыбин, Антип Карпов, Яков Кузьмич Торокин и другие наткнулись на казачий разъезд, были арестованы, закованы в кандалы и отправлены под конвоем для следствия и суда в Екатеринбургский острог. В ночь с 10 (22) на 11 (23) февраля 1823 года правительственные войска выступили из Каслинского завода в Кыштым. В рапорте берг-инспектора Булгакова и полковников Мистрова и Костырки написано: "наперёд авангард в 500 человек башкирцев 3-го кантона под командою капитана Калугина, за оными пехотный авангард — рота № 2 Верхнеуральского батальона, за сим два артиллерийских орудия, за оными Троицкий батальон и рота № 3 Верхнеуральского, потом обоз, за оным ариергард пехотный, состоящий из половины Пермского батальона, за оным 2-го кантона 130 человек башкирцев под командою прапорщика Рыбкина". Но в Кыштым войска вошли без малейшего сопротивления со стороны работных людей, встретивших их крестным ходом с иконами. Заводчане были разогнаны по домам, начался розыск активистов.


Утром 12 (24) февраля 1823 года на площади была учинена экзекуция активистов восстания с целью их "полицейского исправления". Сначала палками были избиты "зачинщики сих дерзких выражений мастеровые Григорий Аврамов, Иван Швейкин и Нефед Блиновских, а затем "наказаны розгами 18 мастеровых из числа 40, арестованных в доме Архипа Косолапова 11 февраля". Нязепетровские мастеровые, узнав о расправе над восставшими в Кыштыме, снова решили двинуться на помощь кыштымским мастеровым, но в Нязепетровск вступил военный отряд в 400 человек с приказом "если паче чаяния мастеровые Нязепетровского завода будут иметь дерзостное против команды сопротивление... то употребить силу холодного оружия". Под страхом жестоких наказаний мастеровые и непременные работники начали постепенно возвращаться на заводские работы.


14 (26) февраля 1823 года был наконец приведён в исполнение приговор Пермского горного правления о телесном наказании участников последнего похода в Екатеринбург. 95 мастеровых из числа 98 осужденных (трое оказались больными) были доставлены военным караулом "в двор, обнесенный каменной оградой" и "наказаны палками — каждый 25 ударами". В рапорте берг-инспектора Булгакова и полковников Мистрова и Костырки написано, что "при сем наказании, хотя оные мастеровые кричали, что не одни они виновны, но все кыштымские мастеровые, однакож, видя себя окруженными сильною командою, ничего дерзостного не предпринимали". Открытые выступления кыштымских мастеровых прекратились к 17 февраля (1 марта) после отправки из Кыштыма под усиленным конвоем солдат и казаков 98 мастеровых, приговоренных военным судом к ссылке на казённые Богословские заводы. К 20 февраля (4 марта) было подавлено волнение и на других заводах Кыштымского округа, но продолжалось волнение в окрестных деревнях среди подзаводских крепостных крестьян. 24 февраля (8 марта) 1823 года выступления на заводах Расторгуева прекратились и долгое время на Кыштымских заводах и рудниках мастеровые, непременные работники и подзаводские крестьяне работали под страхом жестокой расправы за малейшее неподчинение, так как в Кыштыме, Каслях, Нязепетровске, селе Рождественском и окрестных деревнях были оставлены для этого команды солдат и казаков. Оставив для поддержания порядка на заводе часть солдат, полковник Дмитрий Васильевич Костырка с батальоном вернулся обратно в Пермь.


24 октября (5 ноября) 1824 года полковник и кавалер Дмитрий Васильевич Костырка стал восприемником при крещении в Градо-Пермской Рождество-Богородицкой церкви родившегося 23 октября (4 ноября) 1824 года младенца Александра Кирилловича Лодыжникова, сына казначея Пермского внутреннего гарнизонного батальона поручика Кирилла Кириловича Лодыжникова.


16 (28) января 1827 года в Градо-Пермском Петропавловском соборе были обвенчаны "Находящийся деньщиком при полковнике Костырке Аврамий Халков и гг. Голицинских служителя дочь Анастасия Назаровна Золотова".


В 1827 и 1828 годах полковник Дмитрий Васильевич Костырка, кавалер орденов св. Анны 2 степени с алмазами и св. Владимира 4 степени с бантом, имеет серебряную медаль 1812 года, состоял в Пермском внутреннем гарнизонном батальоне 1 бригады 8-го округа Отдельного корпуса внутренней стражи. В 1830 году полковник Дмитрий Васильевич Костырка, кавалер орденов св. Анны 2 степени с алмазами и св. Владимира 4 степени с бантом, имеет серебряную медаль 1812 года, состоял в Пермском внутреннем гарнизонном батальоне 4-го округа Отдельного корпуса внутренней стражи. В 1831 году полковник Дмитрий Васильевич Костырка "от службы уволен, с мундиром и пенсионом полного жалования".


Полковник Дмитрий Васильевич Костырка умер в возрасте 78 лет в г. Перми 12 (24) апреля 1855 года. Отпевание покойного состоялось в Градо-Пермской Рождество-Богородицкой церкви 16 (28) апреля 1855 года, о чём в церковной метрической книге сделана запись: "27. Апрель. 12. 16. отставной Полковник и Кавалер Дмитрий Васильев Костырко. 78. от старости. Протоиерей Иоанн Милордов с дьяконом алексеем Первушиным и пономарем Алексеем Суворовым". Полковник Дмитрий Васильевич Костырка был похоронен со всеми воинскими почестями на приходском Всесвятском кладбище в г. Перми.


Метрическая запись о  смерти Д.В.Костырки.


Источники:

  1. Бенкендорф А.Х. Действие отряда Генерал-майора Бенкендорфа в Нидерландах // Военный журнал, издаваемый при Гвардейском штабе. — С.—Петербург: В Типографии Гвардейского Штаба. — 1817. — Т. VII. — С. 22-33.
  2. Боевой календарь-ежедневник Отечественной войны 1812 года. Часть I. Перечень боевых столкновений русских армий с 4 июня по 31 августа 1812 года. Составил Н.П. Поликарпов / Под ред. В.П. Никольского. — М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1913. — С. 195-202, 206-215, 323-340.
  3. Военная энциклопедия. Т. 10. — C.-Петербург: Изд-во Сытина, 1910. — С. 343.
  4. Высочайшие приказы о чинах военных. Алфавит к высочайшим приказам генварской четверти 1821 года. — С.-Петербург: Печатано в Военной типографии Главного Штаба Е.И.В., 1822. — С. 16, 209.
  5. ГАПК. — Ф. 37. — Оп. 1 — Д. 55. — Л. 21.
  6. ГАПК. — Ф. 37. — Оп. 1. — Д. 109. — Л. 13.
  7. ГАПК. — Ф. 37. — Оп. 1. — Д. 315. — Л. 59а, 60.
  8. ГАЧО. — Ф. И.-172. — Oп. 1. — Д. 436. — Л. 10-11.
  9. Горловский М.А., Пятницкий А.Н. Из истории рабочего движения на Урале. Очерки о положении крепостных рабочих Среднего Урала и их борьбе за ликвидацию крепостничества (1800 - 1870 гг.). — Свердловск: Кн. изд-во, 1954. — С. 112-144.
  10. Записки Бенкендорфа. 1812 год. Отечественная война. 1813 год. Освобождение Нидерландов // 1812 год в дневниках, записках и воспоминаниях современников. Материалы Военно-ученого архива Главного штаба. Составитель генерал-майор В.И. Харкевич. Выпуск II. — Вильно, 1903. — С. 53–138.
  11. История 65-го пехотного Московского Его Императорского высочества государя наследника цесаревича полка. 1642 – 1700 – 1890. Составил штабс-капитан Я Смирнов 1-й. — Варшава: Тип. Г.Ю. Рундо, 1890. — С. 346-347, XL.
  12. История 72-го пехотного Тульского полка. 1769 – 1901 г. составил штабс-капитан Ф.Д. Соседко. — Варшава: Тип. "Земледельческой Газеты", 1901. — С. 122-139, 152-154, 159-204, 457-459, 462, 490, 494.
  13. История 101-го пехотного Пермского полка 1788 — 1897. Составил М.Н. Вахрушев, штабс-капитан 101-го пехотного Пермского полка. С приложением портретов, рисунков, карт и планов. — С.-Петербург: Тип. Е.А. Евдокимова, 1897. — С. 72-83.
  14. История войны 1813 года за независимость Германии, по достоверным источникам. Составлена по Высочайшему повелению. Сочинение генерала М. Богдановича. Т. I. — С.-Петербург: в Тип. Штаба военно-учебных заведений, 1863. — С. 10-13, 104-106, 321-327, 368, 383.
  15. История войны 1813 года за независимость Германии, по достоверным источникам. Составлена по Высочайшему повелению. Сочинение генерала М. Богдановича. Т. II. — С.-Петербург: в Тип. Штаба военно-учебных заведений, 1863. — С. 498, 509-552, 610-616.
  16. История Кавалергардов и Кавалергардского Ея Величества полка, с 1724 по 1 июля 1851 года. — С.-Петербург: в Военной типографии, 1851. — С. 36, 40-44, 47, 49.
  17. История Отечественной войны 1812 года, по достоверным источникам. Составлена по Высочайшему повелению. Сочинение генерал-майора М. Богдановича. Т. I. — С.-Петербург: Тип. Торг. дома С. Струговщикова, Г. Похитонова, Н. Водова и Ко, 1859. — С. 338-340, 344-406.
  18. История Отечественной войны 1812 года, по достоверным источникам. Составлена по Высочайшему повелению. Сочинение генерал-майора М. Богдановича. Т. II. — С.-Петербург: Тип. Торг. дома С. Струговщикова, Г. Похитонова, Н. Водова и Ко, 1859. — С. 418-441.
  19. История Отечественной войны 1812 года, по достоверным источникам. Составлена по Высочайшему повелению. Сочинение генерал-майора М. Богдановича. Т. III. — С.-Петербург: Тип. Торг. дома С. Струговщикова, Г. Похитонова, Н. Водова и Ко, 1860. — С. 161-204, 365-390.
  20. Краткая история Кавалергардского Ея Императорского Величества полка. — С.-Петербург: в Военной типографии, 1832. — С. 15-17, 38, 47-54.
  21. Краткое описание боевой жизни и деятельности 77-го пехотного Тенгинского Его Императорского Высочества великого князя Алексия Александровича полка. 1700 – 1900. Составил для нижних чинов А.Н. Лавров. По материалам, собранным того же полка поручиками Раковичем и Тышецким, а также самим автором. — Тифлис: Тип. канц. Главнонач. гражд. ч. на Кавказе, Лор.-Мелик, 1900. — С. 13-26.
  22. Майков П.М. Записки графа Л.Л. Беннигсена о войне с Наполеоном 1807 года. — С.-Петербург: Тип. Тов-ва "Общественная Польза", 1900. — С. 63, 126, 127.
  23. Ниве П.А. Русско-Шведская война 1809-09 г.г. / П.А. Ниве, Генерального Штаба Полковник. — С.-Петербург: Военная типография, 1910. — С. 5-10, 180-182.
  24. Описание второй войны Императора Александра с Наполеоном в 1806 и 1807 годах, по Высочайшему повелению сочинённое Генерал-Лейтенантом и Членом Военного Совета Михайловским-Данилевским. — С.-Петербург: Тип. Штаба Отд. Корпуса Вн. Стражи, 1846. — С. 1-52, 62-82, 98-112, 129-138, 143-146, 160-166, 184-209, 233-239, 293-297, 301-342.
  25. Описание Финляндской войны на сухом пути и на море, в 1808 и 1809 годах, по Высочайшему повелению сочинённое генерал-лейтенантом Михайловским-Данилевским. С двадцатью планами и картами. — С.-Петербург: в тип. Штаба Отд. Корпуса Вн. Стражи, 1841. — С. 7, 490-515.
  26. РГИА. — Ф. 37. — Оп. 3. — Д. 362. — Л. 12-14.
  27. РГАЛИ. — Ф. 167. — Оп. 2. — Д. 7. — Л. 6.
  28. Сборник биографий кавалергардов. 1826-1908. По случаю столетнего юбилея Кавалергардского Е.В. Государыни Императрицы Марии Федоровны полка. Составлен под редакцией С. Панчулидзева. Т. 2. — С.-Петербург: Экспедиция заготовления Государственных бумаг, 1904. — С. 423.
  29. Свистунов В.М. История Каслинского завода 1745 – 1900 гг. — Челябинск: Рифей, 1997. — С. 54.
  30. Сметанин С.И. Рабочее движение на Урале в 20 – 50-х годах XIX века // Из истории рабочего класса Урала. Сборник статей / под ред. Ф.С. Горового. — Пермь: Кн. изд-во, 1961. — С. 116-117.
  31. Список генералам, штаб- и обер- офицерам всей Российской Армии, с показанием чинов, фамилий и знаков отличия. — С.-Петербург: Печатано в Военной типографии Главного Штаба Е.И.В., 1828. — С. 963.
  32. Список генералам, штаб- и обер- офицерам всей Российской Армии, с показанием чинов, фамилий и знаков отличия. — С.-Петербург: Печатано в Военной типографии Главного Штаба Е.И.В., 1829. — С. 969.
  33. Список генералам, штаб- и обер- офицерам всей Российской Армии, с показанием чинов, фамилий и знаков отличия. — С.-Петербург: Печатано в Военной типографии Главного Штаба Е.И.В., 1831. — С. 986.
  34. Список Кавалерам Императорских Российских Орденов всех наименований за 1829. Часть II. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Имп. Академии наук, 1830. — С. 110.
  35. Список Кавалерам Императорских Российских Орденов всех наименований на лето от Рождества Христова 1827. Часть II. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Имп. Академии наук, 1828. — С. 107.
  36. Список Кавалерам Императорских Российских Орденов всех наименований на лето от Рождества Христова 1828. Часть II. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Ивана Глазунова, 1829. — С. 110.
  37. Список Кавалерам Российских Императорских и Царских орденов всех наименований за 1832 год. Часть II. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Имп. Академии наук, 1833. — С. 108.
  38. Список Кавалерам Российских Императорских и Царских орденов всех наименований за 1838. Часть II. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Имп. Академии наук, 1839. — С. 121.
  39. Список Кавалерам Российских Императорских и Царских орденов всех наименований за 1843. Часть III. Список Кавалерам Ордена Св. Владимира 1,2, 3 и 4 степени. — Санктпетербург: Тип. Имп. Академии наук, 1844. — С. 102.
  40. Список Кавалерам Российских Императорских и Царских орденов всех наименований за 1849 год. Часть Вторая. — Санктпетербург: Тип. II Отд. Собств. Е.И.В. Канцелярии, 1850. — С. 300.
  41. Ушаков М.И. Кыштымское восстание 1822 – 1823 гг. // Учёные записки Свердловского государственного педагогического института. Выпуск 1. — Свердловск, 1938. — С. 199-222.
  42. Шведская война 1808 – 1809 г.г. Составлена военно-историческим отделом Шведского Генерального Штаба. Перевод группы офицеров Финляндского воен. округа под общей редакцией Ген. Штаба полковника А.М. Алексеева. Часть I. — С.-Петербург: изд. Гл. упр. Ген. Штаба, 1906. — С. 13-18.
  43. Шведская война 1808 – 1809 г.г. Составлена военно-историческим отделом Шведского Генерального Штаба. Перевод группы офицеров Финляндского воен. округа под общей редакцией Ген. Штаба полковника А.М. Алексеева. Часть II. — С.-Петербург: изд. Гл. упр. Ген. Штаба, 1907. — С. 20.

Создано : 26/03/2017 : 7:19 PM
Обновлено : 26/03/2017 : 7:19 PM
Категория :
Страница просмотрена 97 раз


Версия для печати Версия для печати


Комментарии:

Пока комментариев нет.
Вы первым можете добавить комментарий!



free counters


^ Наверх ^